— Спасибо за пояснение.

Слова домового меня успокоили, но всё равно не до конца.

Если честно, я реально струхнул. Шутка ли, два огромных медведя, которые могли порвать человека на лоскуты, находились в нескольких метрах и останавливаться, судя по всему, не собирались.

Бежать смысла не было. Догонят.

Прыгать в воду?

Хрен его знает. Они и в реке могли за мной увязаться.

Оставалось довериться Кузьме и продолжать стоять на месте. Поджилки затряслись, когда оба берендея оказались в паре шагов от меня.

— Грр-рр, — огласили они округу мощным рыком, приподнявшись на задние лапы.

— Это они тебя приветствуют, хозяин, — подсказал домовой.

— И вам, здравия желаю, — произнес громко, изобразив поклон.

Медведи склонили головы в ответном жесте.

— Кромешник, — раздался в моём сознании спокойный, уверенный голос, и я вздрогнул.

Глюки? Не похоже.

— Я — Микола Тарасов, староста берендеев… с просьбой мы к тебе. На Кромку попасть надобно. Отведи, платой не обидим.

Вот и что им ответить?

— По какому делу на кромку? — вырвалось само-собой, потому как неизвестно, что эти двое задумали.

Ввязываться в какую-то непонятную авантюру не хотелось, но и отказывать я не планировал.

Мне тоже необходимо было попасть за грань. Орлинник сам себя не найдёт, а в компании берендеев ходить по кромке намного безопаснее, чем одному.

Я не трус, но осторожность не помешает.

Сначала подумал, что Микола не станет отвечать на вопрос, но ошибся.

— Нам оборот-траву найти надо. Здесь она цветёт только к концу августа, а на Кромке её всегда найти можно.

— И зачем она вам? — уже чисто из любопытства поинтересовался я.

— У Фрола дочь достигла возраста смены ипостаси, но полностью завершить оборот не смогла. Не хватило силы, — мотнул головой староста в сторону молчавшего до этого времени берендея.

— У меня жена человечка, — подал голос тот, — Поэтому Святослава сумела перевернуться только наполовину, застряла в переходном положении.

— Это как? — опешил я.

— Тело человека, а голова медведя, — пояснил Микола, — Девчонка совсем расклеилась. Из избы не выходит. Ревёт день и ночь напролёт. Помоги, Кромешник.

— Так уж и быть, отведу вас за грань. Приходите к околице послезавтра по утру. Буду ждать.

— Благодарим тебя, Кромешник.

— Всегда, пожалуйста.

Микола растянул пасть в улыбке, во всяком случае, мне так показалось, и тихо двинулся в сторону реки. Склонил морду, лакнул пару раз, а затем махнул лапой, рассекая когтями воду.

— Аа-аааа! — послышался визг, и зеленоволосая русалка, совершив прыжок и сделав сальто в воздухе, с громким плюхом упала обратно в реку, уйдя на дно, и всплыв вдалеке от берега.