— Русалка?

— Хозяин, отойди подальше, — тут же засуетился Кузьма, предостерегая, только я тоже дураком не был, и вынув из воды удочку, сделал несколько шагов назад.

Речная дева подплыла практически к берегу и высунув руку из воды, поманила пальцем.

— Ид-и, ко м-не-е, — протянула она сладким, как ваниль голосом.

В одну секунду на меня обрушился водопад похоти. Захотелось нырнуть в реку, обхватить тонкий стан русалки, прижать к себе и забыть обо всём на свете.

Кажется, Кузьма дергал меня за руку и что-то кричал, но я не реагировал на его потуги, наоборот, блаженно улыбнулся и двинулся вперёд, навстречу «своему счастью».

— Вот так, праа-виль-но, — нараспев прозвучал девичий голос, в котором опять послышались нотки ванили.

Именно это меня отрезвило.

Ваниль?

НЕНАВИЖУ ваниль.

— Да твою же бабушку Стефу! — чуть не получил поцелуй речной девы по своей глупости.

Историй про русалок ходило много, что из них правда, а что ложь, выяснить ещё не успел, но жопой чувствовал, представься находящейся по пояс в воде «милахе» возможность, и она с удовольствием утащит меня на дно.

Почему я так решил?

Потому что прекрасно видел её настоящую суть. Целоваться мгновенно перехотелось. Ещё бы… стоило сфокусировать зрение, как вместо красивой девушки, передо мной предстала страшная нежить. Одни её зубы чего стоили. Любая пиранья бы позавидовала, такая не просто засосёт, пол лица за раз откусит.

— Ну, нафиг, — проворчал себе под нос и отступил назад.

— Куда же ты, милый, — пропела эта бестия, но я уже не реагировал на уловки русалки.

Голос больше не оказывал завораживающего воздействия, наоборот, напоминал звук наждачки царапающей по дереву.

Поморщился.

Речная дева с обидой посмотрела на меня, понимая, что жертва сорвалась с крючка, но признавать поражение не спешила, решив пустить в ход ещё несколько уловок.

Девушка откинула длинные волосы за спину, открывая моему взору высокую грудь, надеясь произвести неизгладимое впечатление.

Окажись на моём месте обычный мужчина, уже давно подавился слюной от желания и бросился в объятия приворожившей его незнакомки, только вот я не был обычным человеком и подобные ухищрения на меня не действовали.

Кузя, поняв, что я не купился на прелести русалки, успокоился и встав рядом со мной, гневно сверлил речную деву взглядом.

— Заканчивай спектакль, — произнес негромко, но так, чтобы она меня услышала, — На меня твои чары не действуют.

— Попробовать стоило, — фыркнула водяная дева и протянула руку, — Помоги вылезти.

Кузьма надул щеки от возмущения и выдал такую матерную цитату, что я заслушался, а потом расхохотался.