С низких прибрежных камней оценить общую геостратегическую обстановку было затруднительно, и месторасположение истощившегося и исчезнувшего Водопада представлялось разведчице лишь приблизительно. Но если предположить, что корабли затягивает в воронку, они шлепаются в эту акваторию и разносятся разными рукавами течения? Часть вот сюда приносит и на камни сажает? Теория дурацкая, но имеющая право на существование. Поскольку иных догадок нет.

— Ладно, я не теоретик, я мелкий практик, — самокритично пробормотала Дики и достала НАЗ.

Клевало недурно. С местом не ошиблась, все-таки опыт имелся. Под избранными камнями оказалось мелковато, вода бурлила и обдавала брызгами, но камбалка брала исправно. Имевшаяся в НАЗ леска была коротковата, приходилось удить, лежа на животе. Хвала богам, разведчица сунула в аварийный запас пару проволочных поводков на хищную рыбу. Некоторые, между прочим, бубнили: «да брось, если что случись, не за щуками охота будет, а за самым съедобным». Ага, так тут всё съедобное представлено единственным видом прожорливых харь, и зубы у них практически из оружейной стали. Леской и задницей рисковать никак нельзя…

Поймав тридцатую плоскую тварюгу (исключительно для ровного счета), Дики приколола нервную рыбешку, не подпустив челюсти к своим пальцам. Использовать нож для таких дел было жалко, но ударам камня по башке камбалки упорно не поддавались — бронированные и живучие гадины, просто шмондец.

Рыбу пришлось собрать в подол рубашки. Нужно хозяйством обзаводиться, нужно и все тут.

Перекусывала разведчица без спешки, размышляя, составляя планы и опять же теоретизируя.

Утес Обломков — богатое место. Интересно, почему сюда не перенесли поселок людоеды и почему они вообще не грабят корабельное кладбище? Понятно, перебраться через пролив на сторону Обломков непросто, но отнюдь не невозможно. Суеверия местным не позволяют, отсутствие человечины отталкивает, или просто боятся? В некоторой степени, понятное чувство страха….

Дики снова смотрела на «крейсер». Он ненормальный. Нет, тут всё ненормальное, но он особенно. Невозможно угадать предназначение отдельных деталей корабля. Вот те отверстия: для весел или пушечные порты? И из чего он сделан? Металл, но никаких следов стыков листов обшивки, швов и ржавчины — темный и угрюмый, всякие хреновины непонятно и пугающе торчат. Только хищный выступ на форштевне относительно знаком… как же он называется?… этак специфически… тьфу, не вспомнить.

— Плохо, что воды нет. Из вас-то много не выжмешь, — пробормотала разведчица и мыслительница, выбрасывая в море головы безвкусных камбалок.