— Теперь давай с того места, как ты узнал об исчезновении Сони…

Очередное заклинание схлопнулось, так и не сформировавшись. Всё, я выдохся. Глянул на то, что осталось от мишени, и улыбнулся. Сильно обугленный пенёк, вот и всё, что осталось. Глядя на этот результат, я отлично понимаю, почему одарённые уже полсотни лет, если мои предположения верны, ставят опыты с подчинением демонов. Отбросим на время такой жирный минус, как короткая продолжительность жизни «одержимого». Я тренировался с самого утра, почти пять часов. С небольшими перерывами, но практически без остановки. Бросая заклинание раз в пару секунд. Хорошо, двадцать заклинаний в минуту, тысячу двести в час, без малого пять тысяч применений. Ещё пару дней в таком ритме, и это заклинание я отработаю. По сути, я всё ещё не кидаю стрелы веером только потому, что не ставлю себе такую задачу. Начну завтра.

Честера очень заинтересовала наша цепочка рассуждений. Свою оценку нашим умственным способностям он давать не стал, но записывал много. А затем я рассказал об обнаруженных наёмниках.

— Одежда напоминает форму безликих?

Я кивнул:

— Да. Мои родители были безликими, я видел их форму. Не скажу, что один в один, но сходство определённо есть.

— Опиши их внешность.

Мысленно морщусь. Этот отдельный момент мы с остальными не обговаривали, а расхождение в показаниях будет подозрительным. Пришлось описывать правду, но без всех подробностей. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы Рэйчел не нашли. Девушка ещё может быть мне полезной. О крови, естественно, не сказал и, надеюсь, что остальные тоже не скажут. Все же определённые личные тайны для аристократов, как я понимаю, норма, так что Серж с Соней должны меня понять. Надеюсь. Очень надеюсь.

— И вы их отпустили? — задал следующий вопрос Честер.

Киваю:

— Ну да. Убивать всех подряд я, если честно, не готов. Да и остальные тоже, как мне кажется. А связать их… Не уверен, что у нас бы получилось. Вообще, не уверен, что мы смогли бы победить в случае потасовки. А, поскольку задача перед нами стояла: спасти Соню, то я посчитал за лучшее избежать конфликта.

Юстициарий принял такой ответ. А затем началось самое сложное. Появление Боярских.

— Кто выстрелил первым?

Вот мы и подошли к ключевому моменту.

— Боярский. Тот, что стоял справа.

Левого я пристрелил до того, как он успел выстрелить. Можно было сделать вид, что я «ошибся», или хотя бы изобразить сомнение. Но я собирался играть от другого.

— Уверен?

Киваю, держа на лице максимально серьёзное выражение:

— Да. Я очень хорошо этот момент запомнил, потому что едва не обделался от страха. Целился-то он в меня. Не знаю, почему не попал, но выстрел был точно.