Затем был долгий и нудный опрос. Честер составлял максимально полную и подробную картину произошедшего. Сочувствую Соне и Сержу, но за хорошие дела надо отвечать.

На выходе с полигона меня встретила Соня. Девушка молча протянула мне стакан с соком, вызвав у меня искреннюю улыбку, потому что пить хотелось неимоверно.

— Соня! Ты просто богиня! — всё, что успел я выпалить, прежде чем присосался к стакану.

Она, наклонив голову, внимательно меня рассматривая:

— Хотела сказать «спасибо».

Допив в меру сладких прохладный сок, я довольно выдохнул:

— Кайф! И — всегда пожалуйста.

Одарённая забрала стакан, продолжая внимательно на меня смотреть.

— Ты не слишком-то переживаешь из-за смерти Боярских.

Пожимаю плечами:

— Нет, наверное. А должен? Они это заслужили.

Кивок.

— Да, заслужили. Но тебя это совсем не трогает. Слишком легкомысленно.

Она развернулась и пошла, видимо, в сторону кухни, оставив меня в недоумении. Поэтому я нагнал девушку, спросив:

— Что ты имеешь в виду? Боярский заслужил пулю в голову, но я должен переживать из-за того, что спустил курок?

Она кивнула:

— Да.

Я чего-то не понимаю.

— Почему?

Мы остановились, и Соня вновь присмотрелась ко мне.

— Ты не понимаешь. А ведь для тебя это ещё более опасно, чем для других.

— Дело ведь не в моральных терзаниях, я так понимаю? — начал я задавать наводящие вопросы.

Она отвела взгляд задумавшись.

— Не совсем. В этом тоже, но я не говорю, что ты должен сейчас страдать и каяться из-за того, что поджарил этого засранца.

Девушка пошла дальше, заставляя меня идти за собой. Мне стало интересно, что она хочет донести.

— Тогда что именно я делаю не так?

— Какая разница? — Соня поморщилась. — Никто не хочет прислушиваться к моим словам.

— Эй! — я даже какую-то обиду испытал, — Я открыл дар пару месяцев назад. И с каждой неделей всё узнаю обо всё больших проблемах, которые идут вместе со способностями одарённого. Так что не надо приравнивать меня ко всем. Рассказывай!

Девушка обернулась, с сомнением посмотрев на меня. Но всё же пришла к какому-то выводу и махнула рукой:

— Не здесь. Идём со мной.

— Я-то не против, но мне запрещено покидать особняк, — напомнил я.

Но Соня отмахнулась. Уже через несколько секунд я узнал, что в особняке существует ещё такое интересное место, как сад. Или правильно называть — теплица? Закрытый сад? В общем, стены и потолок были стеклянными, чтобы пропускать свет и сохранять правильную температуру внутри. И, покуда росли здесь не помидоры с огурцами, а какие-то цветы, предположу, что это всё же сад. Две женщины занимались цветами, не обращая на нас внимания, пока Соня вела меня куда-то вглубь.