Одно только существование этой морды делало бедную девочку всю потной от липкого страха! А… брат, каждый день! А порой и ночь… Ходит, туда! Внутрь…

Он не просто ходит «куда-то в стену», не просто уходит в чёрный мрак-туман рядом с пастью! Он ходит именно В ПАСТЬ! Вовнутрь! Ужасного вида морда, с явным удовольствием, раскрывает пред её братом свой ужасающий зев, из которого за версту веет смертью, кровью и болью. Да столь сильно, что та резня, в соседних квартирах, не идёт ни в какое сравнение с этим. Просто детский сад, на фоне бойни.

Пасть приглашает её брата окунутся в эту пучину! И он — идёт туда! Внутрь! Смело шагая в глотку монстру! В ПАСТЬ! В эту… пучину боли и отчаянья! И исчезает там. А пасть, с резким и противным щелчком, схлопывается, проглотив очередную глупую мошку. Добычу, неразумного цыплёнка, самостоятельно пришедшего на обед.

И, увидь она подобное в первый раз именно в таком формате, наверное бы умерла от страха, беспомощности и отчаянья! От осознания, что… Но первый раз она увидела данную пасть в немного ином ключе — брат выходил из жерла этого чудовища. Он играючи, без напряга, раскрыл эту пасть изнутри небрежным движением руки и вышел в комнату. Словно бы не из зева мерзкого чудовища вышел, не из живого воплощения кошмара, а из-за шторки на кухни, после игры в прятки. Словно бы… и не ходил в комнату пыток, а на прогулке был, и славно отдохнул.

Для него, это чудовище, что пугает бедную Лину до мокрых штанишек, не страшнее мухи! Тем не менее… Лина помнит, в каком состоянии он порой от да возвращается к ним в квартиру. И каких трудов ему порой даётся открытие этой пасти изнутри. И настолько сильно бесится это чудовище в стене, когда добыча, что была уже внутри, чей вкус уже был распробован, и что должна была уже перевариться! Познать все грани боли, страха и отчаянья! Тут вдруг, эта уже съеденная добыча, самостоятельно, и как ни в чём не бывало, выходит наружу. На своих двоих, и против воли голодного существа.

Как же сильно бесится эта тварь! Сколь много злобы в этом чудовище без носа! Сколь сильно она ненавидит их всех! Брата, её, и просто весь мир разом! И девочка бы не смогла спать в этой комнате, да и в квартире в целом! Если бы просто знала, что это морда, тут! В стене! Но… брат… брат закрывает проход в ужасающий чёрный зев тумана сразу же, как возвращается. Морду утягивает куда-то вглубь него, она исчезает, и на стене остаётся лишь нарисованная странными красками кривая дверь. Дверь Лину не пугает.

— Надо сменить бельё. — проговорила девочка, принюхавшись, и только сейчас ощутив, что немного обмочилась от страха.