– признался Кавереллин. – Она отказалась, и теперь я вижу: она так сильна, что сможет меня остановить. Ничего другого я не ожидал и успел достаточно узнать мир и тех, кто его населял, чтобы понять: дальше меня будут пытать, чтобы я рассказал, где моя жена. А ведь Кавереллин ее не чувствовал. Мы были возле магазина, я слышал шаги Глории, но он понятия не имел, что она именно там. Значит, я буду болтаться червяком на крючке, а Кукловод будет ждать, пока Глория не схватит наживку. «Не приходи сюда», – подумал я так, словно Глория могла меня услышать. Но она бы все равно пришла. Боевые маги не из тех, кто бросает дело на полпути. – Ты убьешь ее, – произнес я, стараясь сделать все, чтобы гнев и ненависть не проступили в голосе. Кукловод кивнул. – Она не оставляет мне выбора, – с искренней грустью признался он. – Я хочу создать новый мир, сынок. Тот, в котором ты всегда будешь рядом со мной, владыкой по праву, наследником величайшей короны. Ну разумеется. Червяку никто не предлагает принять участие в обеде. Но я кивнул и заулыбался еще шире, делая вид, что согласен. Сильнее всего меня ранило то, что я ничего не смог бы сделать, никак не сумел бы помешать. Стоит мне сделать хоть что-то, что не будет укладываться в его замысел, и Кукловод меня размажет, а потом отправится искать новую наживку. Родителей Глории. Ее братьев и сестру. Вот уж нет. Я собирался сидеть и тихо ждать. – Как хорошо, что ты наконец-то здесь, – сказал я, не сводя взгляда с Кавереллина. И в это время входная дверь сорвалась с петель. * * * Глория Дом бургомистра. Гостиная, обставленная по-провинциальному крикливо, с претензией на вкус и деньги. Ярко горящие лампы. Два тела на полу. Не мертвецы, просто спят, примороженные заклинанием. Уже хорошо. Кажется, Кавереллин не любит убивать просто так. Или это тоже заложники на всякий случай? Я потянула носом воздух – да этот дом полон людей! Дочери, сын и жена бургомистра, служанки, дворецкий, конюх, повар – все спали, погруженные в такой же сон, и от каждого в сторону Кукловода тянулась тонкая туманная нитка. Если потребуется, все эти люди наполовину проснутся и спустятся сюда, чтобы встать перед Кавереллином живым щитом. Впрочем, я не собиралась этого допускать. Виктор сидел на диване – сонный, расслабленный. Над его головой парила тонкая серебристая сеточка, которая обеспечивала покорность. Я всмотрелась в ее завитки – да, что-то авторское, простенькое. Кавереллин крутил головой, пытаясь понять, где я нахожусь. Аврелий был прав: он меня действительно