— Барьер, — напомнил боец.
Стационарные магические барьеры были вещью непростой и прожорливой в плане энергии. Именно второе не позволяло ставить подобные везде, где попало, ограничивая область применения. И Куница этих барьеров видел множество, имея сразу пяток способов их пройти и десяток методов разрушения.
— Не страшно, справлюсь.
— Как знаешь, — кивнув ветеран.
Вымпелу и его людям дали два приказа. Первый: «Ни в коем случае не недооценивать Куницу» и «Выполнять все приказы Куницы». А приказы они выполняли чётко.
Через несколько минут загорелась первая лампа.
«Приближаемся к точке сброса один!» — продублировал сигнал кто-то из экипажа.
Куница жестом показал Вымпелу: «Начинаем» и двинулся к грузовому люку.
В это же время на земле трое худощавых мужчин проверяли своё снаряжение, пока их предводитель, нестарый ещё крепкий араб сидел в медитации. Наконец, он открыл глаза. Ещё несколько секунд потребовалось, чтобы с глаз спала пелена видения.
— Я чувствую угрозу, братья, — мужчина поднялся, оглаживая бородку. — Коварный враг скрыт чёрной пеленой. Я не могу назвать направление удара, но уверен в его неизбежности.
Его молодые сподвижники коротко переглянулись.
— Стоит предупредить Гюнея, хаким, — высказался один из братьев.
Старший сфокусировался на нём. Кивнул.
— Ты прав. Иди, оповести его, Музаффар, — последовал приказ.
Названный Музаффаром быстро приложил пальцы ко лбу и с поклоном опустил к животу. Жест уважения, который хасаниды использовали только в отсутствии посторонних. Мазаффар закрыл лицо маской, закрепив её особой магией. Теперь сорвать маску не выйдет, только оторвать вместе с головой. Он был тахтимом, разящим клинком братства, воином, пока не встречавшем себе равных. И сейчас Мазаффар мысленно молился, чтобы провидение послало ему достойного противника, но то были лишь мысли. Фанатично преданный братству, тахтим знал, насколько важна их задача, и не смел ставить свои страсти выше воли хакима.
Хасанид покинул комнаты, что выделили ему и его братьям, отправившись в командный центр, двигаясь по коридору, выложенному из древних камней. Место, что было выбрано под базу, командный и координационный центр, а также в качестве резиденции лидеров освободительного движения, хасанидам не нравилось. Это был древний замок, возведённый ещё во времена завоевателя Александра, но с тех пор неоднократно перестроенный. В последний раз замок перестраивали три года назад, насыщая множеством необходимого современного оборудования. Координация войск требовала систем связи, связь требовала много энергии, а всё это вместе требовало персонала, который, в свою очередь, требовал место, еды, санитарных условий и так далее. Всё это превращало небольшую крепость в раскинувшуюся на несколько гектаров военную базу. Слишком много людей, как на вкус Мазаффара, но это было желание лидеров восстания. То, с чем приходилось мириться.