Тахтим вошёл в командный пункт. Несмотря на позднее время, здесь работала не только дежурная смена. Офицеры в напряжении ждали отчётов с передовой. Место, что было ближе всего к предполагаемой линии соприкосновения и имело относительно стабильную связь — Кандагар, но и оттуда пришёл лишь сигнал о воздушной тревоге, после чего связь прервалась. Уже несколько часов никаких сведений с юга не поступало.
Хасанид подошёл к генерал-майору Намбутири, что командовал гарнизоном крепости и отвечал за её защиту. Судя по бодрому виду, генерал успел перехватить где-то несколько часов сна, даже отпустил дежурного офицера в комнату отдыха и сам следил за работой системы патрулирования и защиты. Хасанид подошёл ближе, чтобы разговором не отвлекать прочих старших офицеров от их дел.
— Гюней, — обратился Мазаффар к генералу.
— Саид, — склонился офицер в уважительном поклоне. — Чем могу быть полезен?
Гюней Намбутири, представитель старого рода кшатриев, с пиететом относился к хасанидам, и потому был удобен.
— Хаким предчувствует угрозу. Нужно принять меры…
— При всё уважении к великому хакиму, — вмешался другой офицер, отвлёкшись от карты местности, — не смею ставить под сомнения его предчувствия, где эта угроза? Сейчас? Через час? Через день? Мы можем поднять всех по тревоге, но будет ли в этом решение?
Далеко не все члены высшего командования разделяли пиетет перед братством. Определённое почтение — да. Страх — конечно! Но выполнять приказы тогда, когда это действительно было нужно, были готовы далеко не все. Что, порой, вызывало сложности.
О хасанидах знал только высший командный состав. Только здесь, в пределах даже не всей базы, а только в стенах замка, братья перемещались свободно, не пряча своего присутствия. Лишние, совершенно неуместные проблемы.
— Хакин не провидец. Если он говорит об угрозе, он говорит о том, что происходит сей…
Из соседнего помещения, куда вывели показания приборов и аппаратуры связи, выглянул офицер.
— Саид! Радар засёк неизвестный самолёт!
Мазаффар и Гюней спешно бросились к приборам.
— Где? — спросил генерал-майор, глядя на чистый экран, где бегала зелёная линия, не оставляющая «засветов» от объектов.
— Юго-юго-восток. Расстояние — тысяча двести метров, — отчитался оператор РЛС.
— Где он сейчас? — спросил тахтим.
— Исчез, саид. Засвет длился не более пяти секунд.
Радар должен был пробивать сотню километров, а увидел самолёт, когда тот появился практически в упор. И исчез сразу, появившись всего на несколько секунд. Мазаффар легко сложил два и два. Если бы самолёт появился прямо над базой и исчез, это был бы бомбардировщик, оснащённый маскирующей магией. Поскольку появился самолёт сильно в стороне…