Дмитрий посмотрел на подполковника нечитаемым взглядом.
— Что бы я им сказал? Моя ведьма что-то почувствовала? И что бы они сделали? Развернули самолёт и полетели бы обратно? Я не знал, что конкретно представляет собой угроза.
— Экипаж был бы готов. Действовал бы…
— Подполковник, они и так всё сделали правильно. Впрочем, они мало что действительно могли сделать. Скорость уже сбросили для посадки, пытаться маневрировать на такой скорости и высоте — гарантированно свалить самолёт на крыло и ударить об землю. Они отработали штатно. Выпустили ложные цели и продолжили посадку, в случае некритических повреждений сели бы. Поцарапали брюхо и потеряли крылья, возможно, но сели бы. Боеголовки не отвлеклись на ложные цели.
Куница поднял руку и указал куда-то в воздух.
— Двойной взрыв. Система наведения сработала так, что обе боеголовки детонировали почти синхронно, расхождение в границах погрешности. Боевая часть с магической взрывчаткой. Самолёт, способный пережить пробоину в корпусе и лететь с разгерметизацией грузового отсека, вспыхнул за секунды.
Опустив руку, Дмитрий повернулся к подполковнику.
— У вас здесь постоянно повстанцы с новейшими образцами оружия разгуливают?
Дубров отрицательно покачал головой.
— Нет, Ваша Светлость. Шогун поставляет комплексы первого поколения, ненадёжные, да и боевая часть там слабая.
Дмитрий медленно побрёл вдоль обгоревшего остова.
— До нас за три часа сел один борт и взлетело два, — на ходу говорил Мартен. — Однако стреляли именно по нам. По мне. Будь я слабее — у них бы получилось.
Куница остановился, глядя на корпус. На конкретное место. Затем развернулся и окинул взглядом ближайшие холмы.
— Значит, никаких следов? — спросил генерал-губернатор. — Они даже не курили, пока ждали?
Дубров отрицательно покачал головой.
— Ничего. Мы только примерно представляли, откуда сделан пуск…
Дмитрий жестом остановил подполковника.
— Я понял. Давайте прокатимся, я покажу дорогу.
— Вы можете их найти? — удивился Дубров.
— Они убили моих брата и сестру, подполковник. Я найду их даже на том свете, если потребуется.
Подполковник уступил пассажирское сидение генерал-губернатору, а сам сел позади. Дмитрий направил машины между холмами. Грозовой фронт докатился до аэродрома, начался дождь. Крупные капли стучали по крыше, разбивались о лобовое стекло. Молнии били в уловители аэродрома, но бойцы всё равно опасливо посматривали в небо. Дмитрий смотрел прямо, не отвлекаясь на раскаты грома и прочий шум, и только корректировал движение короткими командами. Внедорожник прокладывал путь сквозь редкий лес.