— Нет-нет, граф, законы чести требуют от нас дать вам закончить. Надеюсь, мы вас не стесним?

— Ничуть, князь, — усмехнулся Демидов и, положив одну руку на стелу, другую протянул мне. — Сделка, Макс?

— Сделка, Никита Акинфиевич, — я отзеркалил его движения, и почувствовал идущий от стелы жар.

— Ты неплохо себя показал, Макс, — заявил Демидов. — Остальные детали уладим у меня в поместье. Жду на следующей неделе тебя и Дмитрия.

Я покосился на Камнева и кивнул.

— Будем, Никита Акинфиевич.

— Мулы остаются в твоем распоряжении ровно на сутки. На этом, полагаю, все. У меня же здесь остались некоторые дела. Господа, честь имею.

И Демидов, раскланявшись с дворянами, направился в сторону особняка Уваровых.

— Жми его, Макс, — кровожадно усмехнулся фамильяр. — Видел, как он побледнел после слов Демидова? И вообще, кирасы такого качества больше никто не делает. Даже Демидовы. У нас на руках уникальный, эксклюзивный товар!

«Услышал тебя, Виш. Что до Новикова, то дам ему шанс сохранить лицо».

— Ну-ну, — хмыкнул Виш. — Пожалел Дельца… Ну-ну.

Эту реплику фамильяра я отставил без ответа и, дождавшись, когда Демидов покинет наш круг, посмотрел на Новикова.

— Иго́р, наше соглашение в силе?

— Все зависит от того, что ты мне принес, Макс, — осторожно ответил Новиков.

Я молча кинул ему обмен и выложил туда начищенную кирасу.

— Согласно договору, стоимость комплекта плавающая, и зависит от нескольких факторов. Стоимость сырья, банковская ставка, рыночный спрос и так далее.

— Я помню договор, Макс, — нахмурился Новиков, не обращая внимания на наблюдающих за нами дворян.

— Отлично, — кивнул я. — Значит ты помнишь пункт о форс-мажоре, намеренном саботаже и классификацию неустоек.

— К чему это ты, Макс?

— Из расчета десять кирас в месяц, за все время простоя, мой род должен был поставить твоему триста двадцать комплектов, так?

— Так, — с неохотой кивнул Новиков, — Но не забывай про неустойку.

— Вот мы и подобрались к самому интересному, — усмехнулся я. — Если не считать форс-мажором убийство Алексея Николаевича Пылаева, что снимает с моего рода все обязательства, и если не выдвигать обвинения в намеренном вредительстве со стороны партнеров, то…

— Постой-ка, — перебил меня Новиков, — о каком вредительстве ты говоришь?

— С чего бы начать? — прищурился я. — С невыплаты жалования? Или с нарушения поставок? Мой аудитор уже начал комплексную проверку, и дело пахнет не только огромным штрафом и но и серьезными репутационными потерями, Иго́р. Ты действительно, хочешь остановиться на этом моменте поподробней?

— Пока что это всего лишь слова, — поморщился Новиков. — Но в любом случае, с моей стороны было невежливо тебя перебивать.