Мой взгляд остановился на стилизованной под кафедру стеле, и я замолчал.

— Императорская стела, — подтвердил мои догадки Галицин. — Место силы императорской семьи. Самое охраняемое место Империи.

— Я даже отсюда чувствую её силу, — прошептал Виш, не сводя глаз со стелы. — Макс, нам кровь из носа нужно к ней прикоснуться. А лучше, забрать книгу с собой!

И действительно, я не сразу заметил, но на каменной кафедре лежала раскрытая книга, чьи страницы светились золотом.

И этот свет оказался настолько манящим, что я чуть было не пересек нарисованную мелом черту.

— Стоять! — к счастью, Галцин успел подхватить меня под локоть, и вернуть на место. — Ты спятил, Макс? Хочешь, чтобы от нас осталась горстка пепла?

— Простите, — пробормотал я, не в силах избавиться от наваждения. — Эта книга, что это?

— Книга Света, — отозвался Галицин. — Первый и последний завет основателя Империи.

— А мы можем…

— Нет, — отрезал Галицин. — Соберись, Макс! Императрица уже на подходе.

Словно подтверждая его слова, белоснежные двустворчатые створки дрогнули и распахнулись, впуская стройную молодо выглядящую женщину.

Ясные голубые глаза, собранные в сложную прическу черные волосы, бледная кожа — императрица выглядела просто восхитительно!

Но стоило присмотреться внимательней, и становились заметными залёгшие под глазами мешки и появившаяся на лбу складка.

Да и улыбка императрицы была усталая, что ли?

В общем, она выглядела как человек, который не спал несколько суток. И, к слову, не вызывала у меня чувства благоговения.

— Ваше Императорское Величество! — Галицин, незаметно ткнув меня под ребра, отвесил изысканный поклон.

— Ваше Императорское Величество… — я послушно повторил приветствие, постаравшись действовать точь-в-точь, как граф.

— Здравствуйте, господа, — приветливо улыбнулась императрица. — Думаю, вас интересует причина нашей… ночной встречи?

— Мы, как преданные сыны Империи, счастливы оказаться перед Вами в любое время суток и по любому поводу! — поклонился Галицин.

— И всё же… — императрица вроде как улыбнулась, но я за этой улыбкой увидел усталость от всей этой великосветской фальши и лизоблюдства.

Граф только было хотел расплыться в очередных ничего не значащих заверениях, как я его опередил.

— На самом деле да. И не просто интересует. Не знаю, как граф, — я покосился на побледневшего Галицина, — а я просто сгораю от любопытства.

— Молодой, дерзкий, смелый, — кивнула императрица, подходя к стилизованной под кафедру стеле. — Вы знаете, граф Огнев-Пылаев, что на ваше имя скопилось уже под сотню доносов?