— Согласен, — буркнул фамильяр. — Не дай сила это кто-нибудь из людей. Канцлер, Шуйский, императрица…

— Решение принимает стела.

— Фуф! — выдохнул Виш. — На самом деле, это логично…

— А призываешь Тьму — ты?

— Скажем так, — Анна покосилась на спину Немирова и машинально понизила голос. — Чем ближе стела, тем успешнее активация Дыхания.

— Дыханье Тьмы и Дыханье Света — это, как я понял, инструмент Ликвидаторов. Печать Света — это инквизиторская техника, — протянул я. — Звучит очень похоже.

— Это техники стелы, — покачала головой Анна. — Неважно, как они называются, суть одна. В Валенсии я была Рыцарем-Инквизитором. В Империи — Ликвидатором.

— А Щит и Антимагия? Это было что-то невероятное…

— После того, как ты нас… разморозил, с меня слетели все ограничения, включая Печать Света. Я ещё не до конца восстановилась, но уже кое-что могу.

— Кое-что? — хмыкнул Виш. — Ну-ну…

— Ладно, — я решил получить ответ на ещё один интересующий меня вопрос. — Выходит, те Ликвидаторы, которые исчезли после Дыхания, сделали что-то не по совести?

— И они сполна за это заплатили.

— А те семеро?

— Они не запятнали свою совесть темными делами.

— Выходит, с ними можно иметь дело?

— Непростой вопрос, Макс, — Анна откинулась на стенку грузового отсека и едва заметно поморщилась от боли. — Ликвидаторы служат не человеку, Ликвидаторы служат системе.

— А ты? Ты же принесла мне клятву верности?

— А меня официально уволили из Службы Ликвидаторов, — криво усмехнулась Анна. — По сути, имперцы поступили также как инквизиторы. Только первые решили меня сжечь, а вторые отправили в безнадежный бой. И только твой прадед протянул мне руку помощи. И я верну Пожарским этот долг чести.

Паладинша, замолчав, уставилась вдаль, а я не спешил разрушать тишину.

Анна поступила благородно, и я не видел причин, почему не поступить точно так же.

— Подумай дважды, Макс, — вздохнул Виш, считав, что я собираюсь сделать.

«Подумал», — мысленно отозвался я и посмотрел на Анну.

— Считай уже вернула.

— Что? — Анна, вынырнув из своих мыслей, посмотрела мне в глаза.

— Я говорю, считай, что уже вернула свой долг чести.

— Ты отдаешь отчет своим словам? — паладинша посмотрела на меня из-под полуприкрытых век.

— Отдаю, — кивнул я. — Твой долг роду Пожарских выплачен целиком и полностью.

— Щедро, — усмехнулась Анна. — Но глупо. К твоему счастью, твой прадедед оказался умнее.

Паладинша, прочитав у меня в глазах невысказанный вопрос, улыбнулась и процитировала данную князю клятву.

— Служить и защищать. До смерти одного из нас.

— Вот оно что… — протянул я. — Но… это же рабство!