Получилось или нет? И если да, то что именно?

Я был более, чем уверен, что Уваров вывернется, но надеялся, что нанесенный ему ущерб станет хорошей демонстрацией потенциальных проблем.

Уж что-что, а спускать случившееся Уварову я не собирался. Он преступил черту, и обязательно за этот ответит. Но прежде чем мстить, я решу вопрос с фон Штерном.

Огненный Лидер предложил забрать Ландера на Огненный план, и я согласился.

В том, что ифриты позаботятся о фон Штерне я был уверен на все сто, да и не было, по сути, других вариантов.

Я не имел возможности оставить Ландера при себе, поэтому за предложение ифритов уцепился обеими руками.

Правда, после того, как мы отправилиПлиту Уварову, пришлось выжечь келью Истинным огнем — кровать, на которой лежал фон Штерн, фонила демоническим присутствием.

К счастью, Истинный огонь с лёгкостью выжег весь фон, и я, закончив с «уборкой», поспешил на помощь Камневу и Галицину.

Правда, когда я оказался на позиции, все было кончено.

Казалось бы, радуйся! Празднуй победу и долгожданную встречу! Но вместо пира, я, как Настоятель Храма, объявил траур.

Разговор по душам со старыми друзьями откладывался на потом, и я решил, что лучше всего будет объявить Выпускной экзамен и вытащить, наконец-то, ребят из Храма.

И для Назырова, который хоть и знал о моих планах, объявленный экзамен стал настоящим потрясением.

И я мог понять графа — слишком уж резко все изменилось…

— Не переживайте, Иван Сергеевич, — успокоил я своего заместителя. — Камнев будет сопровождать послушников в течение всего выпускного экзамена.

— Но уникальный ранг Прокола…

— Сотня форточников, Дмитрий и я, Иван Сергеевич. Спорим у нас даже потерь не будет?

— У нас уже потери, Макс, — вздохнул Назыров. — Пусть и не по нашей воле…

Увы, но сегодня Храм лишился тринадцати послушников.

Кто-то попал в ловушку, кого-то подкараулил Войтович, но большинство форточников погибло, защищая Храм от бойцов Уварова.

Камнев с Галициным сделали все возможное и невозможное, но послушники сами лезли вперёд…

То ли в них заиграл юношеский максимализм, то ли приняли так близко к сердцу нападение на Храм, то ли хотели кому-то что-то доказать, но факт оставался фактом — без потерь не обошлось.

Но сильней всего, как бы парадоксально это не было, по Назырову ударила потеря Войтовича.

Слишком уж много задач было завязано на историке…

— Ничего, Иван Сергеевич, с вами остаются двадцать послушников. Пусть у них и не хватает компетенций наставников, но с новыми форточниками они справятся.

Вообще, остаться в Храме изъявили желание сорок человек, но мы выбрали двадцать самых ответственных и дисциплинированных.