жить? У меня есть кое-какие сбережения, но надолго не хватит. А учёба — это два года. Мне нужно будет питаться, одеваться, покупать инструменты для практики. Где взять денег? Элриан понимающе кивнул. — Многие студенты подрабатывают. В Академии есть программа оплачиваемых практик: студенты бытового факультета часто работают в городе — помогают лавкам, тавернам, гостиницам с уборкой, с нагревом воды, с сохранением продуктов. Платят немного, но на жизнь хватает. Кроме того, ты можешь продолжать работать здесь, у Оскара. Если он не против, конечно. — Оскар не против, — раздалось от двери. Мы оба обернулись. Трактирщик стоял на пороге, скрестив руки на животе, и смотрел на нас. — Я, это самое, случайно услышал. Дверь была открыта. Берта — лучшая посудомойка, которая у меня была. Если ей надо совмещать учёбу и работу — я не против. График подстроим. Я благодарно кивнула Оскару. Он хмыкнул и скрылся на кухне. — Вот видишь, — сказал Элриан. — Вопрос с деньгами решаем. Кроме того, если ты покажешь успехи в учёбе, я могу ходатайствовать о дополнительной стипендии. У нас есть фонд поддержки одарённых студентов. Но для этого нужно действительно учиться, а не просто числиться. — Я не числиться сюда приехала, — сказала я. — Я работать приехала.— Вижу, — он покосился на швабру. — Что ж, тогда договорились? Я посмотрела на него. Эльф. Ректор. Пришёл выпить эля, а уходит с новой студенткой. Наверное, это судьба. Или Кузьмич опять шутит. Но от таких предложений не отказываются. — Договорились, — сказала я. — Когда приходить? — Завтра, — он встал. — До полудня. Спросишь ректорат факультета бытовой магии. Тебя оформят, выдадут мантию, покажут общежитие. И захвати с собой... — он запнулся, глядя на швабру. — Нет, швабру не надо. Швабра пусть остаётся Оскару. Ему она нужнее. — Оскару она нравится, — согласилась я. — Говорит, характер у неё покладистый. Элриан тихо рассмеялся, покачал головой и направился к выходу. У двери он обернулся. — Берта. Я за двадцать пять лет преподавания впервые вижу, чтобы швабра мыла полы с инициативой. Если ты и кузнечным делом так же владеешь — артефакторский факультет будет рыдать, когда ты к ним переведёшься. Готовься. И вышел. А я осталась в пустом зале. Швабра тихонько звякнула ведром — кажется, она была довольна. Веник в углу что-то проворчал. Тарелки на кухне улеглись спать. За окном занимался рассвет. Я сидела на лавке, смотрела на догорающий очаг и думала: вот оно. Началось. Обходной путь найден. Впереди — два года учёбы на бытовом факультете,