— А где все? — не найдя ответа самостоятельно, спросил я у Бадабума. — Я думал, тут будет куча народа после рейда!

— Будет, еще как будет! — загадочно улыбнулся Бадабум. — Просто чуть позже. Это мы с тобой напрямую сюда пошли, а остальные пока всё обсудят со спонсорами, пока раздадут автографы, пока сделают фотографии с фанатами!.. Короче, не раньше, чем через полчаса надо ожидать гостей! А пока что бар, считай, полностью в нашем распоряжении!

После таких слов я уже ожидал, что он опять полезет на ту сторону стойки и начнет распоряжаться там, как у себя дома, но нет. Подволакивая больную ногу, Бадабум добрался до барного стула, взгромоздился на него, весело крутнулся вокруг своей оси, а потом грохнул кулаком по стойке и рявкнул:

— Ри!

Темнокожий бармен с толстым, собранным из дредов, хвостом, неодобрительно покосился на него, но ничего не сказал и продолжил молча протирать стакан — видимо, уже привык.

Но Бадабум явно и не рассчитывал на его реакцию. Его интересовало, чтобы его услышала Ри — и она услышала. Вышла из-за занавески, прикрывающей проход во внутренние помещения, и оперлась плечом о стену, сложив руки на груди:

— Пришёл признать своё… Ты⁈

Начало фразы она начала ехидно и колюче, но на последнем слове ее голос резко изменился. Это «ты» она выдохнула со смесью недоверия и недовольства, а ярко-зелёные глаза девушки при этом вцепились в меня, как утопающий — в спасательный круг.

— Он! — за меня ответил Бадабум, снова хлопнув ладонью по столу. — Я же говорил, что он вернётся с этой высадки! Ты проспорила, так что гони бутылку!

Астрид после этих слов сощурилась так, словно подозревала Бадабума во лжи, а меня — наверное, в том, что я не настоящий. Настоящему мне — ГГ, а вместо меня в баре сидит объемная голограмма, которую тронь — и руки пройдет насквозь, не встретив никакого сопротивления.

Девушка несколько секунд смотрела на нас, будто ожидала, что сейчас Бадабум вздохнет и признается, что это все шутка и оптический обман зрения, и бутылку тащить не надо, но он не признавался. Тогда Астрид приоткрыл рот и явственно вдохнула, собираясь что-то сказать…

И не сказала. Просто громко фыркнула, выражая всё, что было у неё на душе, развернулась и снова скрылась за шторкой.

— Вы на меня спорили? — я скосился на Бадабума.

— Ещё как! — радостно ответил тот. — Я тебе даже больше скажу — я на тебя ставил! Ну, в смысле, на то, что ты вернёшься, а не останешься на поверхности!

— Настолько в меня верил? — я покачал головой. — Мне же там пару раз чуть ГГ не настал.

— Там всем пару раз чуть ГГ не настал! — Бадабум махнул рукой. — Если ты не заметил, а ты точно не заметил, поскольку даже не знаешь об этом, — среди тех, кто остался на планете, почти четверть являются вполне себе опытными квесторами! Не лучшими из лучших, конечно, но теми, кто сделал это своей работой! Те, у кого за плечами не один десяток, а то и не одна сотня, рейдов, те, кто все тайминги знает как свои пять пальцев, изучил Ламинар лучше чем собственное жилище, в курсе обо всех лазейках и тайных проходах, а также о слабых местах всех тварей и самых эффективных способах их уничтожения!