Бадабум несколько секунд сидел без движения, согнувшись и скрючившись, будто его придавило бетонной плитой, а потом вздохнул и встал со стула. Подпрыгнул, сел на стойку, перекинул ноги на ту сторону, слез, и подошёл к полкам с бутылками.

— Я так сопьюсь с ней… — едва слышно пробормотал он, больше для самого себя, чем для кого-то ещё.

Он отрешённо провёл пальцами по рядам бутылок, будто выбирал не на вид, а на ощупь, и в итоге остановился на той, содержимое которой отливало небесно-голубым. Взял её, развернулся ко мне и указал на бутылку взглядом:

— Будешь?

Я покачал головой:

— Нет, спасибо. Лучше расскажи, что происходит между тобой и Астрид. Сдаётся мне, там история покрепче любой выпивки заварена.

— Точно сопьюсь. — вздохнул Бадабум, ставя на стойку бутылку и один стакан, и перелезая обратно. — Но вообще ты прав, история тут действительно… Крепкая.

Бармен за стойкой проводил его спокойным взглядом — он явно привык к подобным выходками, — и просто достал из-под стойки ещё одну голубую бутылку и поставил её взамен изъятой.

— В общем, как ты и сам понял, это уже не первый раз, когда Астрид спускается на поверхность. — вздохнул Бадабум, наливая себе в стакан.

— Угу, это я понял. Только не понял, почему из этого делаешь такую трагедию. Ну спускается и спускается, много кто спускается.

— Точно, много кто спускается. — кисло улыбнулся Бадабум, вращая в руках стакан так, что напиток внутри начал закручиваться воронкой. — И многие из них возвращаются в ГГ.

— И что такого в этом? — я пожал плечами. — Много кто возвращается в ГГ, от этого же ещё никто не умирал, не так ли?

Бадабум коротко скосился на меня и ничего не ответил. Только приложился к стакану, разом ополовинивая его.

— Так, стоп. — я поднял ладонь. — Я чего-то не знаю? ГГ не безопасен?

— Как тебе сказать… — Бадабум снова покрутил стакан в руках. — ГГ это же новая разработка, ей всего три года, и информации о его воздействии на человеческий организм ещё очень мало собрано…

— Дом.

— Нет. — он вздохнул. — ГГ не безопасен.

— Отлично. Уже что-то. И в чём это проявляется?

— В проблемах с головой. — Бадабум постучал себя согнутым пальцем по лбу. — Или вернее будет сказать, в том, что они вероятно могут проявиться. ГГ это же не самостоятельная разработка, это развитие той самой технологии гибернации, которая сохраняла жизнь тебе на протяжении всех этих тридцати лет. А что произошло с тобой из-за его воздействия?

— Я потерял память. — мрачно констатировал я. — Это и есть те самые вероятные проблемы с головой.

— Что-то вроде того. ГГ вообще разработали «Баргест», объединив технологию гибернации с инопланетными артефактами — ну, сам понимаешь, без них тут вообще ничего не делается. Но недостатки гибернации никуда не делись, и та же проблема, с которой столкнулся ты… Ну, они никуда не делась, собственно.