— Но я это я. — я покачал головой. — Я тридцать лет пролежал в гибернации, и вряд ли кто-то другой хотя бы половину, хотя бы четверть этого срока провёл в ГГ суммарно за всё время существования квесторства! Я своими глазами видел, что иных квесторов, — тех, что на контракте у корпораций, — вытаскивают прямо во время рейда, там счёт даже не на часы, на минуты идёт!

— Так-то оно всё, да не так, братец. — Бадабум опустошил стакан и налил себе ещё. — Ты рассуждаешь логично, но упускаешь один важный момент, о котором я уже сказал — действие ГГ до конца ещё не изучено, потому что просто нет достаточной базы для того, чтобы делать какие-то заключения. Однако, за всё время его существования уже было три случая, когда отмытые от ГГ квесторы… Не возвращались в нормальное состояние, назовём это так.

— Ты имеешь в виду, что они, как и я, теряли память? — уточнил я.

— Нет, я имел в виду, что они превращаются в полных овощей. — невесело усмехнулся Бадабум. — Самых натуральных, без капли какого-либо сознания, без высшей нервной деятельности, и даже почти без инстинктов. Просто пустая телесная оболочка, внутри которой уже не осталось человека. Вот что я имел в виду, братец.

Я внимательно посмотрел на Бадабума, всерьёз ожидая, что он сейчас засмеётся и признается, что пошутил в своей обычной, не самой умной, манере…

Но Бадабум не смеялся. И не признавался. И даже не совсем понятно, чего именно я ждал в этой ситуации — на такие темы шутить всё же не принято. Даже если ты Бадабум.

Получается, я такой не один. Вернее, не так. «Такой» я как раз один, но есть ещё как минимум трое, чьи проблемы хуже моей в десятки раз. Трое из нескольких тысяч зарегистрированных. Не так уж и много, если просто посчитать — какие-то доли процента. Но когда вспоминаешь, что именно произойдёт, если вдруг ты в эти доли попадёшь — вероятность уже не кажется такой уж незначительной.

— А это точно произошло из-за ГГ? — уточнил я на всякий случай. — В смысле, это прямо точно известно?

— Да кто ж тебе ответит. «Баргест», конечно же, говорит, что ГГ ни при чём, и он безопасен, а те трое не имеют к нему отношения, но…

— Но?..

— Но все видели то, что видели. Ребята высаживались на поверхность в добром здравии и трезвом уме, а когда их отмыли… Ну, сам понимаешь. При этом двоих эта беда настигла уже после того, как в киты добавили возможность трансляции для всех желающих, и те, кто за ними наблюдал, в один голос утверждают, что в процессе рейда не происходило ничего такого, что могло бы привести к таким жутким последствиям. Им, конечно, не особенно охотно поверили, но, к счастью, имеются записи, и эти записи с тех пор посмотрели не одну тысячу раз. И почти все в итоге согласились с самым первым выводом — действительно, ничего из ряда вон выходящего с ними не случалось.