и тихо рассмеялся.Сначала почти беззвучно.Потом сильнее.Лада закрыла глаза.— Я ненавижу этот дом.— Нет.— Нет?— Ты начинаешь его любить.— Сейчас я начинаю любить идею придушить Хельгу.— Опасная мысль. Она кормит остров.— Тогда пусть живёт.Он отстранился, но не отпустил.Глаза у него стали темнее.Мягче.Опаснее.— Я не отступлю, Лада.— От чего?— От тебя.У неё пересохло во рту.Вот так.Без кружев.Без поэтического тумана.Без «ах, чувства».Просто: не отступлю.И почему-то именно это оказалось страшнее любого признания.— А если я прикажу?— Ты не прикажешь.— Самоуверенность.— Да.— Я могу быть очень неудобной женщиной.— Я заметил.— И у меня тайн больше, чем у вашей нижней кладовой.— Разберём.— Вы обо мне или о кладовой?— Да.Она снова рассмеялась.И в этот момент дверь сушильни распахнулась.На пороге стояла Сольвей.С яблочным ломтиком в руке.Она увидела их.Кайрана, всё ещё держащего Ладу за талию.Ладу, которая явно не выглядела оскорблённой.И покраснела так, будто это её только что застали у стены.— Ой.Лада закрыла глаза.Кайран не отпустил.Вот совершенно.Северный лорд, видимо, не видел причин смущаться.— Что случилось? — спросил он спокойно.Сольвей открыла рот.Закрыла.Потом быстро посмотрела на Ладу.И вдруг — впервые — не заплакала.Не побледнела.Не убежала.А смущённо, почти заговорщически сказала:— Хельга велела узнать, вы уже закончили ругаться или вам принести ещё яблок.Лада уставилась на неё.Кайран медленно поднял бровь.Из-за двери донёсся громкий голос Хельги:— Я такого не говорила!Сольвей впервые за всё время тихо, испуганно, но совершенно искренне засмеялась.И это, возможно, было не меньшее чудо, чем две луны над Ардейном.К вечеру стало ясно: Эйвора ударит.Не сразу.Не криком.Не открытым приказом.Такой человек не бьёт по лицу.Она подрезает опору.Первый знак пришёл через Вельмара.Он явился в кабинет Кайрана с книгами морских поставок и списком людей, которые якобы брали китовый жир за последние дни.Лада сидела у стола, разбирая записи вместе с Торвальдом. Кайран стоял у карты. Хрод был тут же.Сольвей, к удивлению всех, тоже осталась.Она сидела у окна с корзиной трав и делала вид, что просто перебирает их, но на самом деле слушала каждое слово.Лада это видела.Не прогоняла.Пусть слушает.Правда лечит больнее, чем ложь, но зато не оставляет гноя.Вельмар положил лист на стол.— Все выдачи жира за последние десять дней.Лада взяла список.Прочитала.Раз.Потом второй.— Как интересно.Кайран повернулся.— Что?— В списке есть Хельга.— Кухня берёт жир.— Есть Нильс.— Мастерская.— Есть