улыбаются те, кто сейчас скажет: «Я вас очень прошу, войдите в положение», — и через две минуты окажется, что в положение должна войти только ты, желательно целиком, с головой и за свой счёт.За двадцать пять лет в торговле Лада научилась видеть людей почти по походке.Вот мужчина в дорогой дублёнке — будет ругаться из-за цены, хотя деньги у него есть. Ему не цена важна, ему победа нужна. Вот бабушка с сетчатой сумкой — будет долго считать монеты, извиняться, а потом купит только самое нужное. Вот парень в наушниках — забудет пробить шоколадку, но не из злого умысла, а потому что в голове у него музыка и пустота. Вот мать с двумя детьми — устала так, что если ей сейчас сказать доброе слово, она может заплакать прямо у полки с макаронами.Лада понимала людей.Не потому что была психологом.Психологи за это деньги брали и сидели в креслах.Лада стояла на ногах по двенадцать часов, слушала чужие претензии, видела чужую жадность, усталость, страх, одиночество и семейные войны, разыгранные между стеллажом с крупами и морозильником с пельменями.Магазин вообще был прекрасным местом для изучения человеческой природы.Если кто-то хотел узнать, какой мужчина будет в браке, достаточно было посмотреть, как он разговаривает с кассиршей.Если женщина хотела понять, любит ли её жених, достаточно было отправить его за прокладками и курицей по акции.Если пожилая мать хотела проверить, вырос ли сын, надо было поставить его перед выбором между её любимым творогом и просьбой жены купить смесь ребёнку.Лада видела всё.И давно сделала вывод: цивилизация держится не на парламентах, законах и громких речах, а на тех, кто вовремя заказывает хлеб, проверяет срок годности молока и не даёт людям передраться из-за последней упаковки сахара.— Лада Сергеевна! — позвал охранник Гена от входа. — Там опять дед с рыбой!Лада закрыла глаза.— Господи, только не сегодня.— Сегодня, — мрачно подтвердил Гена.Дед с рыбой был не дед, а явление природы.Невысокий, жилистый, в старой шапке и с вечным запахом моря, он появлялся в магазине примерно раз в неделю и пытался доказать, что замороженная скумбрия «неправильно лежит», селёдка «не так солится», а молодёжь «вообще не понимает, что такое нормальная рыба». Последнее он говорил с таким трагизмом, будто речь шла о падении империи.Лада пошла к рыбному отделу.Дед уже стоял у витрины, опершись руками о тележку, и смотрел на филе трески как прокурор на рецидивиста.— Ну? — спросила Лада.— Это что?— Треска.— Я вижу, что не оленина.— Тогда мы уже на полпути к взаимопониманию.Дед