Я посмотрел на небо. Солнце клонилось к закату. Понедельник — через два дня.
— А кто жалобу подал? — спросил я, хотя уже догадывался.
— Мы не имеем право такие вещи разглашать, — поморщился стражник.
— Дай-ка я сам догадаюсь. Он такой красномордый и жирный? Да? Моргни один раз, если я прав, — усмехнулся я.
Стражник часто заморгал, едва сдерживая смех.
— Я ничего тебе не говорил, но знай, весь рынок на твоей стороне. Короче, моё дело предупредить тебя, а дальше сам решай.
Я выпрямился, посмотрел стражнику в глаза.
— Как интересно получается, — сказал я жёстко, но спокойно. — Он, значит, тухлятиной торгует, а когда я хочу народ вкусным накормить, сразу жаловаться. Вот же ж какой… человек.
— Знаешь, — стражник на мгновение задумался, — а ведь я его колбасу пробовал, и она, действительно, скверная. Да и народ жалуется. Но без проверки — ничего не сделаешь.
— Так проверьте, — повторил я. — Считайте, я тоже подал жалобу.
— Тогда проверим, — кивнул стражник. — Ладно, свою работу я выполнил, всего хорошего. И спасибо за пирожки!
Он подмигнул, развернулся и пошёл прочь, достав свёрток ещё с одним. Я лишь проводил его взглядом и глубоко вздохнул
— Мало нам, Бекон, проблем! — сказал я коту. — Разруха, сорняки, угрозы, да ещё и теперь бюрократия! За что хвататься-то?
Кот дёрнул ухом и мявкнул — мол, всё сделаешь, не дрейфь.
— Сделаю, конечно, — согласился я, дёргая вожжи. Куда деваться-то? Без этого я денег не заработаю!
Глава 20
Мы ещё не успели въехать во двор «Сытого Вепря», как кот резко вытянул голову и навострил уши. Затем с оглушительным мявом спрыгнул с телеги и бросился к крыльцу.
— Бекон! Ты чего⁈ — спросил я и тут же услышал грохот и звон разбитой посуды. — Фёдор! Да твои же дрожжи, что там происходит⁈
Я скатился с телеги и прыжком оказался у незапертой двери. Стоило дёрнуть её на себя, взгляд поймал летящий в проёме табурет. Тело среагировало раньше мысли, и я резко ушёл вниз. Деревянный снаряд просквозило над головой, едва не задев затылок. Сзади грохнуло. Табурет разлетелся об стену фонтаном колючей щепы. Одна из них вонзилась в плечо, но мой взгляд перехватила новая цель: в глубине обеденного зала стоял незнакомец.
— Ты кто такой⁈ — холодно спросил я.
Невысокий жилистый мужчина глянул в мою сторону и на мгновение замешкался. Тут-то его и достал Фёдор. Он шагнул, заграбастал мужика за шиворот, с хрустом впечатав того в стену. Кулак минотавра, размером в голову кабана, завис в воздухе в опасной близости от носа незнакомца.
Мужик беспомощно скользил пятками по гладким брёвнам и, кажется, уже начал молиться, прощаясь с жизнью. Признаться, если бы я так висел, то сделал бы то же самое.