Князь сидел в высоком кресле с прямой спинкой, обитой тиснёной кожей. Он не отдыхал, а ждал.

Перед ним на столе лежала карта. Старая, потрёпанная, с пометками на полях. Земли Бешаля, лесные угодья, река, тракты. И в самом углу, у кромки леса, маленький прямоугольник, обведённый красным.

«Сытый Вепрь».

Свиридов провёл пальцем по обветшалой бумаге, остановился на красной метке. Трактир. Земля. Лес и то, что под этой землёй.

Раздался осторожный стук в дверь.

— Войдите, — бросил князь, не оборачиваясь.

В кабинет вошёл тощий, бледный помощник, с торчащими ушами. Он поклонился, вытер ладони о штаны и замер у порога.

— Ваша светлость… разведчик вернулся.

Свиридов быстро повернулся.

— Ну? — спросил он ледяным голосом.

Помощник вжал голову в плечи, и кадык дёрнулся на его тощей шее.

— Он… его обнаружили. Тот минотавр… схватил. И тот парень… Винтер… допросил.

— Допросил? — князь приподнял бровь. — И что, он заговорил?

— Да, ваша светлость, — помощник вытер лоб рукавом. — Сказал всё. Про вас. Про поручение.

Тишина повисла в кабинете. Слышно было, как потрескивают свечи в тяжёлых подсвечниках.

— Всё? — переспросил Свиридов.

— Всё, — прошептал помощник. — Но… Винтер его отпустил. Сказал передать: «Трактир мой. Я его не отдам. И не продам. И не сдам в аренду».

Князь одним прыжком оказался на ногах.

Помощник инстинктивно шагнул назад, но упёрся спиной в дверной косяк.

— И это всё? — голос Свиридова стал тихим, почти ласковым. — Он ничего больше не говорил?

— Говорил, — помощник зажмурился, будто ожидая удара. — Сказал, чтобы вы сами приезжали. Поговорить.

— Поговорить, — князь усмехнулся. — С мальчишкой. С внуком того упрямца, который пять лет не желал уступать. Поговорить.

Он шагнул к столу, взял чернильницу — тяжёлую, серебряную, с гербом. Взвесил на руке.

— Ваша светлость… — начал помощник.

Чернильница полетела через весь кабинет. Помощник пригнулся — она врезалась в косяк в том месте, где секунду назад была его голова. Чернила брызнули на стену, на дорогой ковёр и, на когда-то белую, рубаху парня.

— Идиот! — заорал Свиридов, и голос его разнёсся по комнате, заставив вздрогнуть даже портьеры. — Бездарь! Ничего не можете сделать! Трактир на отшибе, мальчишка без роду и племени, минотавр-доходяга — и вы не можете даже просто…

Он недоговорил. Схватил со стола подсвечник, но не бросил — только сжал так, что побелели пальцы.

— Ваша светлость, — залепетал помощник, весь трясясь, будто у него начался припадок. — Мы пошлём других, надёжных… Или подкупим, у мальчишки нет денег…

— Деньги? — Свиридов резко обернулся. — Ты думаешь, дело в деньгах?