Кувалда стояла в центре помещения, и Янтарина заметила, что каменный пол вокруг нее в некоторых местах оплавлен. Возле нее же стояли закрытые бочки.

– Реймэй Гердар, – наконец сказала она. Фэйт, тянувшийся за линейкой на верхнюю полку, споткнулся на ровном месте и едва не обвалил верстак.

Он обернулся и ошалело посмотрел на нее, словно видел впервые в жизни, и Янтарина даже на минуту задумалась, не означает ли ее имя какое-нибудь ругательство.

– Прости, жара дурно влияет, – для наглядности он помахал пальцами вокруг головы – универсальный жест, выражавший легкое помутнение сознания.

Фэйт наконец взял с полки линейку.

– Обычно этим занимаются подмастерья, – с некоторым смущением пояснил он, обмеряя ее левую руку, плечи, зачем-то длину спины и ног. – Но сегодня в виде исключения этим займусь я сам.

Закончив, он, насвистывая какую-то замысловатую мелодию, уселся прямо на верстак и принялся что-то чертить в большом альбоме. Мастер ушел в работу, и Янтарине ничего не оставалось, кроме как присесть на табуретку и подождать, пока кузнец выплеснет творческий порыв на бумагу. Он то и дело отрывал взор от работы и смотрел на нее так, что ей захотелось спрятаться. Цорнская уже вообще сильно жалела, что решила отправиться в храм Нин-ра. Поединок был очень хорош, вот только последствия ей пришлись не по душе.

Когда она уже хотела встать и уйти, Фэйт поднял голову в очередной раз, сказал, что закончил, и подозвал девушку к верстаку.

– Ты знаешь, что такое играющая сталь? – Фэйт развернул фрагменты чертежа на верстаке и придавил листы камешками.

– Конечно, – Янтарине вспомнились занудные лекции учителя Совокенда. – Это не то чтобы название вида стали, это тип композитного клинка. Спаивают железо и сталь, по клинку получаются мелкие узорчатые разводы. Экономия стали, более гибкий клинок. Стоят, как корабль, не меньше. В смесь железа и стали добавляли кровь дракона и разогревали на его же огне. И получалась играющая сталь, умный клинок, который в руке владельца был легким, но менял свой вес, ударяясь о чужой клинок. Только таких больше нет.

– Верно. А почему их больше нет, ты знаешь?

– Это кузница или школа? – закатила глаза Янтарина, но все же ответила: – Потому что в последний раз дракона видели лет триста назад. Все погибли во время Войны за Танцующий источник.

При упоминании самой кровопролитной войны в истории они оба вздрогнули. Среди гор и вулканов Камчамара прямо под открытым небом располагался «памятник» ужасам той войны. Если тела людей, магов, животных, вампиров, оборотней и других ветер уже давно засыпал землей, на которой уже триста раз взошла и пожухла трава, то многометровые остовы погибших драконов были видны издалека. Кости выбелили солнце и дожди, и черепа свирепо, но слепо взирали на решившихся вмешаться в их покой. Драконов, конечно, после иногда видели высоко в небе, но с другими земными существами владыки гор уже не хотели иметь никаких дел.