Александр внимательным взглядом изучил объект, чуть наклонив голову.

— Минимализм, — задумчиво произнёс он. — Это вызов, Лександр?

— Приглашение, — согласился я.

Мне бы очень не хотелось превращать соревнование в форменный балаган, используя дыры в задании. Как, например, возможность спрятать от оппонента что-то, что он банально не увидит, и оттого не сможет повторить.

— Принимается, — согласился Александр между тем, как над его головой сформировался точно такой же куб, поверх которого наросла соприкасающаяся с ним сфера. — Хитрости оставим за бортом?

— Иначе это всё может растянуться на многие часы, и нас зрители на вилы подымут, — хмыкнул я, вытянув из своего куба сферу поверх него.

Задумавшись на секунду, я нарастил на сфере «клетку» из причудливым образом согнутой золотой спирали, причудливо блеснувшей в свете прожекторов.

Александр если и удивился, то виду не подал. Не прикасаясь к браслету, он продолжил расширять один «объект», тщательнейшим образом копируя спираль — я не стал задавать какой-то чрезмерно сложный узор, чтобы не выбиваться за рамки наших договорённостей.

Вдобавок к ней он создал пять матово-чёрных, объятых иллюзорным пламенем колец. Они нарастали на спирали, разгонялись — и уходили в безостановочное, выверенное движение, не сталкиваясь и не тормозя ни на секунду.

Выглядело это очень красиво, и резко задирало планку.

— Металлы — это изящно, но иллюзии намного… — он намеренно замолчал на мгновение, как будто бы подбирая слова. — Намного зрелищнее.

— А ещё иллюзорный свет тяжело вплести в общую композицию, — улыбнулся я, добавляя к своему объекту пресловутые горящие кольца, и блики, отбрасываемые подвижным пламенем. — Но это работает в обе стороны.

Я сконцентрировался, и от нижней грани моего куба начал нарастать лёд. Уж не знаю, что мне ударило в голову, но я опомнился лишь тогда, когда уже было поздно останавливаться: ледяной лотос, в точности повторяющий то, что создала Эльза на своей последней, проигранной дуэли, раскрылся и засеребрился в отблесках ненастоящего огня, начав размеренно вращаться против часовой стрелки.

Он был куда меньше в диаметре, чем тот цветок, который пыталась создать Шталь, но даже так смотрелся просто невообразимо красиво.

«Маги воплощения не могли позволить себе так тратить силы и магию. А здесь… здесь ограничения лежат в другой плоскости. И будь я проклят, если мне это не нравится!».

— Ты знаешь, что гражданский браслет не должен такого мочь? — бросил Александр, пристально глядя за тем, что я до сих пор не притронулся к браслету второй раз. — Мы вот-вот превысим лимиты на воплощение в одном объекте.