Сталин молча слушал, выпуская густые клубы дыма.

— … что касается его недостатков — у «дигликолевых» (нитрогликолевых) порохов баллистика заметно «садится» в сильный холод — примерно ниже −20…−30 °C: труднее воспламеняются, горят медленнее, падают давление и начальная скорость. В жару, наоборот, быстрота горения и пики давлений растут. Решить эту проблему несложно. Либо в зимних условиях надо увеличивать навеску пороха в гильзы, либо — разработать «зимние» таблицы стрельбы с поправкой на низкие температуры. Доклад окончил!

Сталин подошел к столу и выбил трубку о край тяжелой мраморной пепельницы.

— Так каков общий вивод специалистов? Нужен этот порох или нет?

— Выводы специалистов однозначны — дигликолевый порох нужен нашей оборонной промышленности. Особенно — для тяжелой артиллерии, зенитных автоматов и перспективных реактивных систем!

— Для крупного калибра вполне подходит баллиститный порох! — холодно и немного презрительно заметил Тухачевский.

— Баллиститный порох без централита дает сильный разгар стволов. А главное — для его производства нужны жиры органического происхождения. А у нас их для населения не хватает! — возразил я.

Началось жаркое обсуждение. Ворошилов поддерживал своего заместителя, остальные склонялись к моему мнению. Примерно через полчаса Сталин прервал дискуссию.

— Выводы ясны. Порох стране нужен. Товарищи военные не хотят мучиться с тэмпературными таблицами… но им придется их освоить. А сумеем ли мы тэперь раздобыть этот порох? Что конкретно делается в этом направлении, товарищ Брэжнев?

— Работа уже ведется по линии Спецотдела, товарищ Сталин. Используем новые возможности в Германии для получения доступа к технологии. Надеюсь на скорый результат.

— Хорошо. Держите Политбюро в курсе, товарищ Брэжнев! Ваш спецотдел полностью укомплектован? Нэ испытваете недостатка в кадрах?

— Пока нет, товарищ Сталин. С порохом, думаю, справимся. Однако порох, — тут мною была сделана намеренная пауза, — это далеко не все наши проблемы! Начинка снарядов и авиабомб не менее важна. Основное взрывчатое вещество — тротил, получаемый из толуола. И вот здесь, товарищи, у нас назревает катастрофа.

Все взгляды, включая тяжелый взгляд Сталина, мгновенно скрестились на мне.

— Наркомат тяжелой промышленности, вводя в эксплуатацию новые коксовые батареи на Магнитке и в Кузнецке, гонится за выполнением плана по металлу. Для этого применяется режим высокотемпературного коксования, свыше тысячи ста градусов. Да, это дает максимальный выход металлургического кокса, но при такой температуре летучие фракции каменноугольной смолы, содержащие ценнейший бензол и толуол, попросту «сгорают», безвозвратно теряясь. Выход толуола падает в три-четыре раза.