— Да!
— Ты где потерялся, пропаданец? — голос Павла весел и бодр. — Шеф тебя требует, уже весь ресторан на уши подняли, еле твой номер нашли — хорошо, у Дарьи был записан!
— Шеф? Вы же сказали не приезжать…
— Что? Кто сказал? Я?
Слышу, как он, прикрыв ладонью трубку, орет в сторону: «Вы что, черти, охренели? Кто сказал Панфилову не приезжать сюда?»
— Короче, Филипп, ты далеко? Сможешь подъехать?
Я смотрю на горящую вывеску «Серебра», на шумную гомонящую толпу на летней веранде ресторана… В голове вертится какая-то важная мысль.
— Недалеко, — отвечаю, помолчав. — Скоро буду.
— Понял, ждем. — Павел заканчивает разговор.
С замершим сердцем звоню Кире. Слышу долгие протяжные гудки, покрываюсь потом, получаю системный алерт о недопустимой частоте сердечных сокращений, и, когда уже успеваю оплакать сестру, слышу ее бодрый обеспокоенный голос:
— Филя! Ты чего так поздно звонишь? Все нормально?
— Все прекрасно, сестричка! — Я облегченно улыбаюсь и выдыхаю. — Соскучился. Как ты?
— Представляешь, я чуть под грузовик не попала!..
— Что случилось?
— Да с парковки шла домой, переходила дорогу и, вот же дура, топала, глядя под ноги! А тут ливень, ветер, из-за капюшона ничего не видно… — Кира замолкает, погрузившись в воспоминания, слышу, как она всхлипывает. — Вдруг чувствую, в заднем кармане телефон вибрирует. Остановилась посмотреть, кто звонит, и тут в полуметре от меня проносится «КамАЗ»!
— Слава Богу! Я как чувствовал, что что-то случилось! А кто звонил-то?
— Не знаю, — растерянно отвечает сестра. — Номер не определился, а ответить я не успела…
Глава 13 Смешайте все в одном ведре Труднее всего человеку дается то, что дается не ему. Жванецкий М. М.
В час, который я себе отмерил на поездку от офиса через дом к ресторану, я не уложился.
Некоторое время стою у «Серебра», пытаясь разобраться, что за идиотский сон мне приснился в такси. Его детали уже ускользают, но главное я помню. Кошмар использовал мои подсознательные страхи: потерю близкого человека — а Кира мне, наверное, ближе, чем родители; принуждение к каким-то действиям ради человечества — что может быть ужаснее для такого безответственного лентяя как я? Лишение интерфейса, в конце концов, — он же для меня шанс из шансов! А, еще этот чертов кислотный студень! С моей бленнофобией[42] хуже моба не представить!
Очень странный сон. Очень. Еще и эти непонятные совпадения — едва не погибшая Кира, невероятно удачный звонок, спасший ей жизнь, связь Панюкова с Винницким…
Чтобы убедиться, что это действительно мне приснилось, и интерфейс все еще при мне, активирую Марту.