—«Том, на „Ямале“ стоит атомный реактор», — Лютер понимающе усмехнулся. —«Когда Крам даст целеуказание, Кадди войдёт в свой сеанс. Учёные увидят это через датчики мозговой активности и подадут на меня ток. Потом я вас всех запитаю. И ты это, про грудь Ани не думай. Мне самому теперь неудобно».

—«Но она же красивая! Форма, угол, размер. Всё при ней!» — я мысленно возразил. —«Ой!»

—«Ну спасибо, мальчики!» — Анна умудрилась в три слова вложить весь свой девичий задор.— «Рада, что вам понравилось».

—«Красивая!» — Герман покраснел от смущения. Не понимаю, как он это передал через телепатию, но мы все это ощутили. —«Это же так называется? Я нигде не ошибся?»

—«О-го-го, Герман. Ты делаешь успехи!» — Удивление в голосе Лютера, казалось, выразило всеобщий настрой. —«Уже начинаешь понимать, что сам думаешь и какие эмоции испытываешь. Продолжай в том же духе».

—«Хм, как семья». — Я ощутил оттенки эмоций всех ребят. Будто только сейчас, спустя несколько минут, начинаю замечать то, что для них всех было очевидным. —«Ага, вот оно как. Вы все так думаете! Хм, чувствую. Семья за счёт полной эмоциональной открытости. Кадди, у тебя красивый смех!»

—«Спасибо, сэр Томас!» — И звонкий смех толстушки в нашу общую сеть.

В отличие от Германа, эта девица не сдерживается, а наоборот, максимально открыто транслирует свои чувства и мысли.

—«Тут такое дело, Начало». — Апрель удивительнейшим образом впечатывает через телепатию текст, лишённый какого-либо эмоционального окраса. Будто мы с ребятами весело болтаем в одной комнате, а она высокомерно воротит нос и общается с нами через чат. —«То, что доктор Амбер Крам, да-да, его так зовут. Он пытался порыться в памяти Чин-Чин, а получилось наоборот. Так вот. Погружаться в сеанс Кадди невозможно без полного доверия друг к другу».

Чем больше мы с ребятами общаемся, тем чётче я чувствую, как моя печать стабилизации резонирует с их способностями. Они будто дополняют двухмерный рисунок новыми элементами. Си-и-и-льно отличающимися от моего.

Понимая, что парни общаются только с Апрель и Кадди, Чин-Чин недовольно зарычала. Метла в ответ через телепатию передала улыбку. Апрель многозначительно промолчала. Вот-вот, Чин-Чин! Твои конкуренты куда опытнее тебя в женских играх.

—«Эй, Томас? А что ты думаешь обо мне?»

—«Ты маленькая, Чин-Чин. Тебе сколько? Лет пятнадцать? Или около того?»

—«Мне шестнадцать!» — пискнула азиатка. —«Ну, почти. Через пять месяцев исполнится» .

О великие пещерные долбоящеры! Пятнадцать? Какие к демонам отношения в столь юном возрасте? Хотя я сам в пятнадцать с монашками в общине вытворял такое, что от воспоминаний до сих пор ладошки потеют. А уж когда они надевали кружевное… эх… всего-то три года прошло, а кажется, будто полжизни.