Герман с сочувствием глянул на блондинку. Апрель беззвучно шевелила губами, будто пробуя слова на вкус. Но вот взгляд девушки обрёл осмысленность, и она посмотрела на место, где во время сеанса должен был сидеть Том.

— Теперь я, наверное, даже плакать никогда не смогу. Не перед ним! Только не перед ним.

Лютер внимательно взглянул на Кадди, потом на Анну.

— Так, девочки, признавайтесь! Судя по вашим хмурым минам, мы заглядывали в прошлое, а не в будущее. Верно? — Кадди не ответила. Само это молчание сказало Лютеру о многом. — Та-а-а-ак. Но ты, Метла, не управляешь своими видениями. Тебя несёт хронопотоком к нужной дате. Значит, ты заранее попросила Анну о блокировке воспоминаний.

— А ведь так и есть! — Чин-Чин, хлопая глазами, уставилась на Апрель. — Ты же раньше так не умела⁈

— Научилась. — Память потупила взгляд. — Из-за Томаса. Он лезет, куда не просят.

Зная Кадди, как облупленную, Лютер мгновенно сложил картину событий. Кадди та ещё манипуляторша! Поняв, что в отсутствие Крама ей мало кто может отказать, она решила провести сеанс «Мимира» на своих условиях. Она заранее выбрала тему и дату своих видений. Заранее попросила Апрель скрыть эти воспоминания, зная, что та освоила новый фокус. И всё это связано с прошлым Томаса.

— То есть, — Лютер усмехнулся, поняв хода мыслей провидицы, — на прошлом сеансе про будущее ты узнала о Томасе нечто такое, что захотела сегодня сунуться в его прошлое? А не проще было у него самого спросить?

Поднявшись на ноги, Кадди невесело усмехнулась.

— Томас и сам не знает того, что я искала в его прошлом.

— Но ты нашла! — Лютер кивнул собственным мыслям.

— Ага, нашла, — кивнула Чин-Чин, считав эмоции Метлы. — Да-да, нашла! Знал бы ты, Лют, как нашу пальмочку сейчас разрывает. Анна?

— А? — Апрель захлопала глазками.

— Ты сейчас выглядишь так, будто обожралась чужой памяти. — Чин-Чин расхохоталась, уклоняясь от накинувшейся на неё блондинки. — Обжора! Обжора!

— Дети, ей-богу! — Лютер фыркнул, поднимаясь вслед за Кадди.

Герман принюхался.

— Ребят, обед уже. Пойдёмте в столовую.

* * *

Находясь внутри выделенной мне каюты, я постучал в глухую дверь, ведущую в коридор.

— Боец! — обратился я к охраннику.

— Чего тебе? — послышалось из-за двери.

— Воздухом подышать, — сказал я, имитируя голос мастер-сержанта Готье. — Раз в трюм не пускаете, дайте хоть на палубу выйти. Я там снег лопатой покидаю.

— Нельзя, сказали же, — недовольно рыкнул охранник. — И хватит голосом сержанта разговаривать! Я его ещё больше бояться начинаю.

— Так хотя бы интернет включи! — повторил я всё тем же голосом.