Андреев уже был на крыльце редакции. Тяжело дыша (проклятая астма, будь она неладна), поднялся на второй этаж и открыл большую деревянную дверь. Ему срочно нужно было позвонить.

— Девушка, Наркомпрос[1], пожалуйста. Потемкина Владимира Петровича, — все еще задыхаясь, прохрипел он в телефонную трубку.

Владимир Петрович, давний его друг, сейчас занимал должность народного комиссара и мог ему подсказать, что сейчас делать. Ведь, ситуация, в которой он оказался была более чем щекотливая. Публикуя письмо того мальчика, он и не думал, что это обернется таким валом писем, и главное, денег. Теперь нужно было срочно это как-то оформить.

— Владимир Петрович, здравствуй дорогой! Да, да, здоров! Извини уж, что прерываю. Очень совет твой нужен! Прямо позарез…

В трубке явно удивились. Похоже, Потемкин не очень понимал, чем он мог помочь своему товарищу.

— Дело вот в чем. Не так давно к нам в редакцию пришло письмо от одного мальчика, который решил все заработанные им деньги отдать на строительство танка. Нас попросил разместить свое письмо в газете и призвать других детей поступить точно также…

Через некоторое время Андреев закончил. Правда, говорил уже спокойнее. Выговорился:

— … А теперь понимаешь, что тут происходит? Наша редакция сейчас напоминает почтовый склад, заваленный не только письмами, но и деньгами! Что делать?

Товарищ оказался опытным. Выходило, не зря занимал ответственный пост. Сразу же предложил несколько важных ходов, которые нужно было сделать немедленно:

— … Говоришь, это настоящий почин⁈ Хорошо! Пусть будет так. А назвать, говоришь, можно «Детский фонд обороны». Красиво звучит, по-настоящему! — восхитился главный редактор газеты. Название ему очень понравилось. Очень емко прозвучало. — А потом что? Значит, нужно открыть отдельный распорядительный счет и класть туда все присланные деньги? Понял, сегодня же открою. Так… И это сделаю… Подожди-ка, известить Кремль? — тут его голос дрогнул. Потемкин настоятельно советовал немедленно обо всем этом сообщить в приемную товарища Сталина. Мол, такого рода почин обязательно заинтересует его и непременно вызовет поддержку. — Понял, Володя, понял. Сразу же после разговора с тобой и позвоню…

Но положив телефонную трубку, Андреев надолго замер. Предложение позвонитьприемную Сталина совсем не показалось ему верным. Время сейчас было не самое подходящее для такого звонка. Враг, словно одержимый рвался к Москве, а он будет отвлекать товарища Сталина от важных дел.

— Не-ет, — покачал головой мужчина, отхлебнув немного давно уже остывшего чая. Стакан, похоже, со вчера здесь стоял. — Мы поступим иначе. Напишем письмо и отправим почтой. А в секретариате разберутся, нужно это знать товарищу Сталину или нет.