Я чувствовала, как он наполнил меня до краёв. Кажется, я оставила на его коже отметины своими ногтями. А когда начала расслаблять руки, Макс начал двигаться.
Я чувствовала, как всё внутри сжимается, как пульсирует жар, как я теряю контроль.
А он присваивал меня заново. Расписывался на душе своей размашистой подписью — моя. Как будто он имел на меня право.
И я это позволила.
Потому что он и был моим правом.
Потому что в этот момент не было больше ни разлуки, ни обид, ни прошлого. Ни будущего. Его тоже не было.
Был только Макс и этот чёртов момент.
Он двигался осторожно, медленно, но когда понял, что я вся горю от нетерпения. Когда ощутил, как сильно я сама хочу его… Движения стали хлёсткими, будто он хотел глубоко вогнать в меня уверенность, что я только его, а он только мой. Я подстраивалась под его ритм, будто соглашаясь с его требованиями. Будто капитулируя.
Я не могла говорить. Только стонать, только выгибаться, только хвататься за него, будто без него я умру.
Его пальцы сжались на моих бёдрах.
Момент.
И я разлетелась на тысячи крошечных осколков в его руках.
Я кажется произнесла его имя, когда меня накрыло, когда всё исчезло, оставив только его, внутри меня, вместе со мной.
Макс не вышел сразу.
Он смотрел на меня сверху вниз, тяжело дыша, его пальцы всё ещё сжимали мою талию.
Он не отпустил. И что-то безжалостно обещало внутри, что больше и не отпустит.
Глава 39. Перемены, которые я не заказывала
Как же прекрасно спать в обнимку с любимым мужчиной.
Я проснулась в тепле. В каком-то непозволительном, обволакивающем тепле, которое не хотелось отпускать.
Первое, что я почувствовала, — тяжесть руки на моей талии.
Не подушка, не плед, не сонные иллюзии, а именно мужская рука.
Тёплая. Сильная. Такая настоящая.
Моё дыхание сбилось, и я затаилась, не открывая глаз.
Макс.
Он был рядом.
Его тело плотно прижималось ко мне сзади, его грудь ровно поднималась и опускалась. Его дыхание касалось моего затылка.
И мне было так хорошо, что я боялась пошевелиться.
Я не должна была чувствовать это.
Но чувствовала.
Спокойствие. Защиту. Как будто мир замер, остановился в этом прекрасном мгновении.
Раньше всё было по-другому. Когда мы жили вместе, Макс раскидывал руки и ноги по всей кровати и спал в форме звезды, а я жалась к нему в поисках уюта. Но он не был тем, кто обнимал первым.
А сейчас?
Его рука лениво скользнула по моей коже, тёплыми пальцами погладила живот, чуть сжала бедро.
Я невольно вдохнула глубже, ощущая, как дрожь пробегает по телу.
Он не спал.
— Доброе утро, Птица, — его голос был хриплым, чуть ленивым.