Мэйсон, начальник безопасности, наконец нарушил молчание:
— Максим Алексеевич, у нас есть кое-что интересное. Мы проследили платежи через офшоры. Заказчиком выступал Дмитрий Фадеев, хотя он явно не верхушка.
— Дмитрий… – повторил я, задумавшись. – Сам по себе он не рискнул бы. Что ещё?
— В той же цепочке офшоров мелькает имя Антона Петровского. Ваш знакомый архитектор.
— Петровский? – я нахмурился, вспоминая его излишне тёплые взгляды на Олю, как он поцеловал её в чёртовом бассейне. Кулаки сами сжались до белых костяшек. – Он-то тут при чём?
Мэйсон перелистнул документы на планшете:
— Он погряз в долгах из-за азартных игр. Похоже, Антону предложили закрыть его проблемы, если он поможет создать вам неприятности на личном фронте.
— Значит, случайности не было, – протянул я, чувствуя, как закипает гнев. – Что конкретно он должен был сделать?
— На сколько понятно из личной переписки по незащищённому каналу, — Мэйсон понизил голос. — Его целью было отвлечь вас через вашу бывшую жену. Если быть точным, он должен был сблизиться с ней максимально тесно.
Я стиснул челюсти.
— Они знали моё слабое место.
— Именно, – подтвердил Мэйсон. – Есть ещё кое-что любопытное. Дмитрия Фадеева тоже скорее всего шантажировали — кажется, он не хотел, чтобы его жена узнала про связь с секретаршей.
— Полина? — я приподнял бровь. Не удивительно, Дмитрий бросал на неё такие задумчивые взгляды…
— Да. И за всем этим стоит кто-то, кто явно знает вашу историю.
Я сделал глубокий вдох. Пазл начал складываться, и картина была весьма неприглядной.
— Копайте дальше, Мэйсон. Мне нужны конкретные имена и факты. Эти люди ответят за каждую попытку разрушить мою жизнь.
Кто бы ни стоял за всем этим, он совершил большую ошибку, решив ударить по мне. Я не из тех, кто прощает или забывает подобное.
Вечером я приехал в Барселону. Дом встретил меня привычным спокойствием. Я включил камин, налил виски и сел в кресло, всматриваясь в огонь. Где-то глубоко внутри жило болезненное ощущение пустоты.
На журнальном столике лежала маленькая шкатулка. Я осторожно открыл её. Внутри лежало простое серебряное кольцо, которое я хранил все эти годы, сам не понимая, почему не смог избавиться от него.
И она хранила своё.
Простое кольцо без украшений. Я взял его в руки, задумчиво покрутил и надел на палец. Оно легло идеально, словно я его и не снимал.
Почувствовал, как что-то внутри болезненно ёкнуло.
Оля. Она снова была в моей голове. Рыжая, дерзкая, самая настоящая. Вся её боль и обида на меня не были безосновательны. Я сделал слишком много ошибок в прошлом. Теперь же моя ошибка была в том, что я снова оставил её одну.