— Не пора ли салют, шеф?.

— А почему бы и нет? — согласился я.

Через полчаса на заднем дворе началось настоящее шоу: фейерверки взрывались в небе, окрашивая его в яркие цвета. Гости вышли на террасу, восхищаясь зрелищем. Лариса стояла рядом, держа меня за руку.

— Ну как, нравится? — спросил я ее, прямо кожей ощущая, что она совсем не на своем месте тут. Хищная пиранья, которая сделает из дома аквариум с такими же пираньями.

— Это сказка, Сережа, — ответила она. — Спасибо тебе.

Вечеринка продолжалась до утра. Гости разъехались только перед рассветом, оставив после себя горы пустых бутылок и море впечатлений. Я остался стоять на террасе, глядя на первые лучи солнца, освещающие мою новую виллу. Это был мой дом, мой мир. Но я знал, что этот мир просуществует очень недолго. Я будто жил в долг у Вселенной.

* * *

Гигантский дом, отгроханный бывшим босяком только для того, чтобы потешить свои понты, совсем скоро начал напрягать меня холодной, неуютной пустотой. Я ведь строил его вместе с Ленкой и для Ленки. Как ни крути, а дочь — единственное, что у меня осталось в этой жизни. Убери ее, и я снова одинок в этом мире, как раньше. А я не хочу. Для чего мне деньги? Дешевых блядей в шампанском купать? Или для того, чтобы дорогих выгуливать в Париже и Милане? А в гробу карманов нет…

В общем, я плюнул и поставил наблюдение у квартиры Лужиных, чтобы узнать, когда мою дочь вывозят гулять. Это оказалось несложно. Лена — мать ответственная, и коляску вывозила на улицу дважды в день, примерно в одно и то же время. До чего же она хороша все-таки! Ни капли косметики, а словно светится изнутри. Плащ из тонкой замши перетягивает осиную талию, подчеркивая и без того безупречный силуэт. В Москве наступила осень, пошли дожди…

— Привет, — сказал я, как бы невзначай пристраиваясь рядом. — Как Маша?

— Хорошо, — ровным голосом ответила Ленка. — Показываю ей папу по телевизору. Она уже начинает тебя узнавать. Радуюсь, что уроки Софии Леонардовны не прошли зря. Наш папа все меньше и меньше напоминает уголовника и бандита.

— Зачем ты так, Лен! — укоризненно посмотрел я на нее. — Ты же знала, кто я. Всегда знала, с первого дня. Да, я бандит, но ведь именно поэтому жив твой отец. Поэтому он сейчас в полном шоколаде. Это же я позволил ему получить долю в его же институте. Его бы в лучшем случае выперли, в худшем — застрелили. Ты знала, как мне достаются деньги, и ты сейчас живешь на них. Не думай, я тебя не попрекаю. Но тебе не кажется, что я говорю логичные вещи? Ты хочешь жить в своем выдуманном мире, где розовые пони какают радугой, но не отказываешься от благ мира реального. Пора взрослеть, Лен.