Уже захмелевшая рыжая Лола первой вскакивает танцевать. К ней неожиданно присоединяется Мышь.
Шашлык, песни, танцы, алкоголь и огонь, разожжённый в глуши леса. Кажется, будто не в ином, чужеродном мире мы оказались, а выехали на корпоратив за город на выходные.
Очередная наивная и глупая иллюзия. Но что мешает нам всем в неё сегодня уверовать?
Ночь сгущается над долиной, и одна звезда за другой зажигаются на чёрном небесном своде, превращая его в тёмное полотнище, усеянный мириадами ярких и белоснежных точек.
И только Спарта не затихает, погруженная в столь редкий, но необходимый для всех праздник.
Я смотрю на беззаботные лица своих людей, но там за темнотой, за лесом, мне представляется чёрная крепость Джо-Джо.
Тирана и психопата, обломавшего о нас зубы. Жди меня, урод.
На этот раз я приду к тебе.
Глава 6
Праздник удался.
Эта мысль приходит ко мне уже не в разгар веселья. Тогда, честно говоря, вообще было не до мыслей. С ней я просыпаюсь утром следующего дня.
Хотя, как сказать «утром». Лучи солнца, которые бьют в окошко, показывают, что светило давно уже встало. А бодрый хозяйственный шум снаружи подтверждает, что вместе с солнцем проснулись и другие обитатели Спарты.
Абсолютное их большинство, за исключением Лорда.
Голова при этом чистая и светлая, разве что слегка пустая. Такое случается после особенно удачной вечеринки, когда мозг «перезагружается» и все мысли и проблемы куда-то уходят, а новые не успевают занять их место.
Словно ты родился новым человеком в тот самый момент, когда открыл глаза. Спасибо тебе, Система, за отсутствие похмелья.
Порываюсь встать, но чувствую, как к кровати меня придавливает основательная ноша. Ну да, конечно.
Поворачиваю голову налево и наблюдаю, как Хрюша, сладко сопя, прижалась к моему боку. Однако сразу же осознаю: рядом не одна, а две ноши!
Ошеломлённо перевожу взгляд на противоположную сторону и вижу Гелю. Вот тебе и приплыли.
Гульнул, называется.
Моя рука как раз оказывается зажата в «смертельные тиски» между её грудей, а ножка по-хозяйски закинута на моё бедро.
Да, вчера я, определённо, отличился. Но вместо цельного воспоминания в голове мелькают лишь отдельные образы. Начало вечера было, кажется, вполне цивильным.
Михалыч выстругал огромный деревянный кубок, который с гордостью назвал «брАтиной». Туда, по задумке, наливался сидр, а затем посудина передавалась по кругу, и каждый делал из неё глоток. Ставить «братину» было категорически нельзя.
Особый восторг это вызвало, почему-то у девушек, которых, распитие кубка сподвигло на танцы.
Те, моментально превратились в соревнование. Дамы у нас все оказались гордые, амбициозные, и не без талантов.