Убийца отскакивает в сторону, но мне удаётся задеть его странное одеяние, отрезав небольшой его фрагмент.

Раздаётся приглушённое фырканье — противник явно раздражён этим фактом.

Внезапно давление с его стороны усиливается, и всё больше его ударов я начинаю пропускать. Моя защита трещит по швам: цзянь просто не успевает заблокировать одну атаку, как следом уже летят ещё три.

Ранение на ладони, порез на щеке, и левый глаз едва не выколот.

Убийца действует хитро, нагло, с непоколебимой решимостью. Мой плащ с каждой секундой превращается в разорванное полотнище.

Но я не теряю самообладания. Западня, наконец, срабатывает. Кольцо сформировано, и фалангисты наносят первый слаженный удар.

— Бей!

Убийца невероятно ловко извивается, уклоняясь от трёх копий и отрубив у двух наконечники. Шестое копьё он хватает ладонью и рывком тянет на себя.

Пехотинец пытается дернуть свое оружие обратно, но его товарищи удерживают парня, не позволив нарушить строй.

Приходится пожертвовать копьём, теперь оно в свободной руке неизвестного.

Окинув взглядом поле битвы, он вращает копьё, словно шест, и, к удивлению всех, отламывает его наконечник.

Враг в западне и осознаёт это, но по-прежнему ухмыляется. Из-под капюшона не видно деталей, виден только острый подбородок и та самая ехидная усмешка.

Он как хищник в капкане. Пойман, но смертельно опасен. Его надо не просто убить, но и сделать это с минимальными потерями. Мои люди слишком ценны, чтобы терять их из за этой твари.

— Мышь, отвлеки!

Магичка кивает и выставляет ладонь из за стены щитоносцев.

Стрела Майора и фаербол Мыши взмывают в воздух одновременно. Двойной удар!

Бам!

Стрелу он отбивает ударом своего шеста, а навстречу файерболу швыряет наконечник.

Металл и шар огня сталкиваются на полпути.

Бах!

Грохочет взрыв.

Магесса понимает, насколько мы близко к противнику и вкладывает в заклинание меньше энергии. Но несмотря на это, пламя расплёскивается на сухую траву, и та мгновенно вспыхивает.

Чёрт, это мешает нашим планам. Огонь отрезает пехотинцев от врага, становясь преградой между ними.

— Полукруг, атака! — командую я.

Необходимо рискнуть. Если пламя заблокировало путь нашей пехоте с одной стороны, то и убийца не проберётся через него. Кольцо трансформируется в полукруг, и они с тем же рвением и слаженностью наносят свой удар.

Вижу Тохича и Ботана, им поддержку оказывают Колька и Рус.

Копья метят в неизвестного. Шест и короткий меч рубят и кромсают, отбивают и отводят в сторону.

Убийца не стоит на месте, извивается, словно змея, и не позволяет застать себя врасплох. Некоторые удары мне приходится принимать самому, чтобы сохранить жизни моих солдат.