Но вернёмся к реальности. С убийцы стащили всю одежду. Никаких бонусных предметов, которыми он был обвешан как рождественская ёлка, на нём тоже больше нет.

Вижу, что этот тип уже приходит в сознание, и уже только притворяется лежащим без чувств. Либо оттягивает неизбежное, либо надеется на шанс вырваться.

Его руки и ноги стянуты тугой верёвкой, которая не даёт даже дёрнуться без нашего ведома.

Ботан и Тохич вместе с рядом пехотинцев пока оставались настороже, продолжая охранять поместье.

Все остальные собрались вокруг меня.

Малой, Мышь и Майор стоят возле, готовые в любой момент пресечь попытку побега. Мышь держит ладонь открытой и поднятой вверх. С такого расстояния она молнией не промахнётся, превратив ублюдка в пепел

Хотя, конечно, я надеюсь, что до этого не дойдёт. Слишком уж лёгкая смерть.

— Всё-таки поймали, да? — хрипит пленник, пытаясь выпрямиться.

— Всё так, — отвечаю я, скрестив руки.

Малой пинком не даёт убийце встать, оставляя стоять на коленях. Его лицо покрыто ранами и синяками. Дышит тяжело, очевидно, сломаны несколько рёбер.

При этом держится спокойно, даже с вызовом.

— И что же со мной будет? — интересуется убийца.

— А сам, как думаешь? — отвечают я вопросом на вопрос.

— Награду вручите? — ухмыляется он, после чего начинает кашлять.

— Ублюдок! Думаешь, шутки спасут тебя? Голову тебе отрубим, и всё! — Малой не выдерживает.

— Этого мало, чтобы отплатить ему за всё, — шипит Мышь.

— А что не так? — искренне удивляется игрок. — Если бы Система была против убийств, она бы не давала за них наград. Я только играл по правилам. К чему весь этот пафос?

— Он Щуплого убил! Руки и ноги ему поотрубать мало будет, — добавляет Рус.

— Ты здесь главный? — убийца полностью игнорирует остальных, обращаясь ко мне, — Если главный, значит умный. Вот подумай, главный. Убьёте вы меня, и что дальше? Разве это принесёт пользу?

— А ты можешь принести эту пользу? — усмехнулся я.

— Ещё как! Я доказал, что сильнее всех их вместе взятых. Не сдох, смог уйти из окружения. И не был бы пойман, если бы не… — он замялся. — Не твоя хитрость.

— А как насчёт жизни, которую ты отнял у моего поселения? Как насчёт Щуплого, которого ты зарубил у рудника? — спрашиваю я, как бы между делом.

— Я убил его, потому что он был слаб. Я был сильнее. Значит, моя жизнь ценнее. Я могу быть полезнее. Гораздо полезнее, чем остальные, — хрипло произносит убийца. — Ты видел мои способности. И я могу использовать их вам на благо. Ну не тупи же, главный. Это игра, тут даже смерти нет. Твой человечек сейчас где-то уже бегает живёхонький. Я качнулся на том доходяге, теперь буду пользу приносить вам.