— Давай, помогай! Не могу понять, что ее держит, — услышал я сопение в ответ.

Дерево заскрипело еще сильнее, видно, какую-то фомку или лом жулики используют изо всех своих силенок.

На четвертом этаже одна дверь и на пятом тоже, значит, ломятся именно ко мне, больше там не к кому.

Я медленно поднимаюсь наверх, однако деревянная лестница пронзительно скрипит под ногами, тогда я замираю, оставаясь под невидимостью по-прежнему. Снова выглядывает конопатый паренек и опять ничего не видит, за ним появляется уже крепкий мордоворот и тоже обшаривает лестницу сверху донизу взглядом.

— Здесь же кто-то скрипел? — недоуменно спрашивает он у напарника.

— Здесь, — отвечает тот, бдительно не спуская с меня взгляда.

Ну, смотрит он прямо на меня, только ничего не видит. Вот если бы он сделал несколько шагов в сторону, тогда мой покров невидимости не смог бы меня закрыть от взглядов с двух сторон.

Однако, кому такое в голову придет? Подобным образом лестницу узкую рассматривать, которая вся на виду?

Вроде бы грабители теперь должны вернуться к прежнему делу, но мордоворот оказывается неглупым мужиком — раз кто-то тут на лестнице скрипел, значит, нужно проверить всю лестницу на всякий случай!

Так он говорит молодому и посылает того пробежаться до самого низа, а сам поворачивается спиной ко мне и снова куда-то там подсовывает фомку.

Молодой немедленно поворачивается в сторону, где заканчиваются перила, а я понимаю, что буду сейчас обнаружен.

Поэтому поворачиваюсь лицом к лестнице, а когда тот, мягко ступая ногами в каких-то чунях, начинает спускаться, одним шагом к нему навстречу оказываюсь на расстоянии вытянутой руки.

— Черт, — шепчу я, когда моя рука внезапно промахивается мимо его горла и цепляет парня за плечо.

У парня от ужаса кривится лицо, когда откуда-то из пространства его крепко хватает кто-то невидимый глазом, но короткий шлепок по лбу вырубает его из чувств. Кричать он все же боится, на настоящее дело со взломом сюда пришел, внимания привлекать не должен в любом случае.

Я перехватываю его за шею второй рукой и поднимаю неподвижное тело на вытянутых руках. От такого двойного веса ступени под моими ступнями скрипят вообще сильно, как не в себе, поэтому я слышу тихую ругань со стороны напарника.

— Ты, чего там, Белка, сдурел, что ли?

Да, на бельчонка тот и правда похож здорово.

Пара шагов наверх и моя фигура с телом дружка вдруг предстает перед лицом здорового жлоба в поддевке и с фомкой в руках. Лицо у него перекашивается, но сдаваться мордоворот не собирается, делает шаг вперед и пытается размахнуться фомкой. В узком коридорчике перед дверью комнаты он цепляет стены, поэтому я не жду, а без усилия бросаю на него тело сообщника и сбиваю мордоворота с ног.