— Ну а у тебя единственного, как я понимаю, стрела соизволила улететь? — поинтересовалась она.
Василий распробовал сырники со сгущенкой и, кажется, почти позабыл, что пришел по делу. Впрочем, нежадный парень охотно делился с Феофаном, который уже вернулся со свернутой в рулончик грамоткой, и с Аграфеной, которой простое творожное лакомство тоже пришлось по душе.
— Еще как улетела! Прямо в болото, — закручинился парень. — И главное, я ее тащить начал, а за ней из болота девица, вся заляпанная в тине да грязи. Кашляет, трясется. Я ее и спрашиваю: «Чья ты будешь?» А она мне: «Что, не видишь, что ли? Лягушка болотная я». И стрелу не отдает. Я только на миг отвернулся, чтоб кольцо свое достать да на палец ей надеть. Она что-то буркнула мне в спину, и словно не стало ее. Не успел. Ни разглядеть, ни имя спросить.
— А ты чего? Зачем тебе лягушка-то? Неужто любовь приключилась? — ехидно пригладил расправленные усы Феофан.
— Да какая любовь, — отмахнулся Василий. — Царь-батюшка как узнал — осерчал, что я такой недотепа. Велел девицу найти да пред его очи царские представить на предмет осмотра. Подходящая ли невеста для нашей семьи.
— Так если лягушка, то, наверное, неподходящая, — робко пискнула Груша. — Даже если с виду и девица. Оборотница какая-то нездешняя.
— Да и не по нраву ты ей, кажись. Может, и не жаба вовсе, а только набрехала, чтоб отстал, — поддержал ту домовой.
— Узнать-то ты ее как узнаешь? Она, может, и облик сменила или отмылась, к примеру. — Егоровне было непонятно, почему царевич продолжает поиски. На что надеется. Или просто царь самодурствует, гоняя сына по полям и лесам.
— Так стрела-то не обычная, зачарованная. Найду стрелу, найду и лягушку, — пояснил Василий. — Она от стрелы не больше чем на три шага сможет отойти. Волшба не даст. Ни потерять, ни выкинуть не сможет.
— И до сих пор не нашел? — подивилась лохматая дворовушка, пробуя подсунутую галантным Феофаном карамельную конфету-подушечку.
— Ага. Вот уже третий год тут брожу. Кружит, кружит да не выведет, — загрустил добрый молодец, отодвинув от себя пустую тарелку и с надеждой посмотрев на Варвару Егоровну. — Помоги, бабушка-ведьмушка, уж я отблагодарю по совести.
— Третий год? — встрепенулась, кое-что припомнив, старушка. — А стрела твоя, случайно, не бронзовая была?
Глава 9
Долго размышлять, укрепившись в своих подозрениях по поводу чудо-лягушки, Варвара Егоровна не стала. Собирались же вечерком с Зойкиным домиком разобраться, а тут такой помощник. Кулаки пудовые, и не занятый, раз бродит по округе.
«Конечно, он царевич, и вроде негоже, — прикинула про себя она. — Но предложить-то можно, тем более помощи просил. Чем не обмен? Он помогает, ну и я как бы. Магия, не магия — это дело десятое».