— Мы нигде и везде, — ответила Роберта.
Матильда направилась ко мне, взяв мои руки в свои. — Ты сделала это, Сейдж. Ты исполнила пророчество.
Я просто моргнула. — Что ты имеешь в виду? Это конец? Это действительно конец? — Я слышала, как мой голос срывается от эмоций.
— Да, мое дитя. Это конец. Звезды счастливы и впечатлены тобой и твоими парами, вашей стойкостью и тем фактом, что на протяжении всего этого ты не потеряла себя. Бескорыстная, чистая, добрая и щедрая. Ты не знала, что произойдет, когда приняла это решение, но ты решила довериться своей судьбе.
Я чувствовала, как слезы текут по моему лицу. Я не могла поверить, что это наконец-то закончилось. — Что теперь? Я жива?
Обе женщины рассмеялись. — Да, ты жива. А что теперь... Чего ты хочешь?
Чего я хочу? Какой вопрос. Прошло так много времени с тех пор, как я действительно об этом думала, потому что последние несколько месяцев были посвящены выживанию. Переходу из точки А в точку Б, перехитрению врагов, которые знали больше меня, и теперь я должна знать, чего хочу?
— Скажи первое, что приходит в голову. Ты знаешь, что это, — подбодрила меня Матильда, сжимая мои руки.
— Я хочу вечности... с ними, — ответила я.
— Тогда вечностью и будет, — ответили две женщины в идеальном унисоне.
Внезапно я помчалась сквозь белую пустоту, как будто меня засасывало в вакуум. Матильда и Роберта исчезли, и я обнаружила, что снова твердо стою на платформе. Тело Азраэля безжизненно лежало на земле, его голова в пятнадцати футах в противоположную сторону.
Все смотрели на меня, и я начала дрожать, адреналин и последствия битвы захватили меня. Мои мужчины не медлили. Они побежали ко мне, и я рухнула в их объятия с криком.
— Все кончено. Это действительно кончено. — Кто-то нежно успокаивал меня, кто-то проводил рукой по моим волосам, мягкие губы прижимались к моему горлу, и теплое тело прижималось к моей спине. Это именно то, чего я хочу. — Мы сделали это. Мы действительно сделали это.
Я рассмеялась, даже когда слезы продолжали течь. Я позволила им смыть пелену зла и травмы. Это было очищающим, изгнанием этой тьмы из моей души, и когда я стояла там, звуки аплодисментов и приветствий начали раздаваться, становясь все громче и громче.
— Да здравствует королева!
О, мои лунные девы. Я была не королевой, но была слишком уставшей, чтобы спорить.
Эпилог. Сейдж
— Боги, я не думаю, что когда-нибудь привыкну к этому ощущению, — выругалась я, спотыкаясь и опираясь на спинку стула. — Где мы? — Брам перенес нас куда-то в замок, и хотя я была благодарна, что нам не пришлось идти пешком, так как мы все были истощены, мне все равно не нравилось это чувство мчаться сквозь время и пространство.