Я закатил глаза. — Конечно, они хотят, чтобы ты так думал. Но я умнее этого. — Я постучал указательным пальцем по лбу. — Мой мозг намного умнее твоего, это очевидно. — Мужчина смотрел на меня так, будто не верил моим словам, и это меня разозлило, потому что я тоже не был лжецом. Я решил, что позволю ему встать, потому что мне было жаль его — не потому, что я собирался убивать его, а потому что этот человек был явно идиотом. Он не мог бы одолеть меня, даже если бы попытался, а он пытался. Он пытался в течение четырех часов.

— Я слышал, что ты один из пар королевы, — прорычал он, пока я позволял ему встать. — Ну, не настоящей королевы. Но все так говорят. Как, черт возьми, ты попал в ее гарем?

— Что ты, блядь, сказал? — Мое тело замерло; я был неподвижен, как статуя. Черт, я не думаю, что мои легкие даже работали в тот момент.

— Ну, ты знаешь, королева? Предсказанная? Я слышал, у нее фигуристая и большая сочная задница.

Я оглянулся, потому что серьезно, это действительно происходит прямо сейчас? Этот мужчина, уже отмеченный смертью, действительно стоит здесь и говорит приятные вещи о моей гребанной женщине? Потому что да, у нее действительно большая сочная задница! Мне не нравилось, что он говорит об этом. Я собирался дать ему это понять, но он издал насмешливый смех, что еще больше меня разозлило.

— Вот почему ей, наверное, нужны шестеро мужчин. Если ее задница такая большая, я могу только представить, насколько жирной должна быть ее киска. Вопрос в том, нахера ты ей нужен? Ты застрял здесь со мной, с остальными отбросами. Это все, чем ты когда-либо будешь — машиной для убийств.

Красный цвет залил мое зрение. Темно-багровый. О да, этот мужчина умрет. Он умрет от моих рук и пожалеет, что когда-либо говорил такую грязь о моей паре. Моей прекрасной, шикарной, беременной паре.

— Ты ошибаешься, — прошептал я. — У нее самая тугая киска во всех землях. Я хочу там жить. Это место, где я принадлежу. Мое лицо между ее бедер, мой член в ее киске, ее задница в моем лице, все возможные сексуальные действия, которые ты можешь себе представить — вот для чего я живу с этой женщиной. Ты бы не справился с такой женщиной, как она, даже если бы попытался. А теперь, Номер Рыбтыш, мне официально скучно, и я также примерно на семь целых восемь десятых процента зол. Я предложил тебе выбор, и ты выбрал поговорить дерьмо, так что теперь решаю я.

Клянусь богами, я моргнул один раз, и когда мои глаза сфокусировались, осталась только нога. Волосатая, мускулистая нога. Где же остальная часть Номера Рыбтыша?