— Да, — кивнула Вика, а сама подумала: «Ну и барин! Французское ординарное ему не нравится. Я вот никакого не пробовала».
— Знаете французский? — поинтересовалась.
— Плохо, — покрутил головой он. — Английский и немецкий — свободно: говорю, читаю и пишу.
«Ничего себе! — подумала Вика. — Это что ж он закончил?» Как большинство выпускников советских вузов иностранным она не владела, хотя прилежно учила.
Тем временем утятница согрелась, Вика сняла крышку и выложила на блюдо истекающие жиром картофельные оладьи. Поставила его на стол.
— Колдуны[2]! — воскликнул гость. — Любимое блюдо. Что вы со мной делаете, Виктория Петровна? Ведь не встану, пока все не съем.
— Угощайтесь! — улыбнулась Вика. Похвала была приятна. Она подцепила вилкой и положила ему в тарелку «колдун», полила его сметаной, затем взяла себе и присела на табурет. Он поднял бокал.
— Уважаемая Виктория Петровна! — сказал, приняв строгий вид. — Я впервые у вас в доме и считаю нужным представиться. Итак, Михаил Иванович Мурашко, тридцать пять лет. По образованию инженер, выпускник МВТУ имени Баумана.
«Ого! — мысленно присвистнула Вика. Об этом вузе она слышала только хорошее. — Вот откуда у него знание языков. А на тридцать пять он не выглядит совсем».
— Работал на тракторном заводе, — продолжил гость, — затем — журналистом в газетах и преподавателем в БГУ, откуда уволился на днях. В настоящее время — председатель правления кооператива «Биоэнергетика». Чем занимаюсь, знаете. Что еще? Женат, но теперь это ненадолго.
Он внезапно глянул на свою руку с бокалом, поставил тот на столешницу, встал, стащил с пальца обручальное кольцо и выбросил его в открытую форточку. Вика только ахнула. Оно же золотое!
— Вот и все! — сказал гость, присаживаясь обратно. — Ваш черед.
— Виктория Петровна Комарик… — начала Вика, но Михаил вдруг расхохотался. Она насупилась.
— Извините, — он прижал руку к сердцу. — Удержаться не смог: мурашка и комарик за одним столом.
Вика, осознав комизм ситуации, фыркнула, а затем тоже рассмеялась.
— Остальное знаете, — завершила представление. — Мединститут, замужество, развод. Ординатор Минской областной клиники.
— Предлагаю без отчеств, — сказал он. — А то достали. Раньше студенты в БГУ, теперь пациенты — все «Михаил Иванович» да «Михаил Иванович»…
— В клинике так же у меня. Старухой себя чувствуешь, — кивнула она. — Принято! Можно и на «ты».
— Вот за это и выпьем! — Он поднял бокал.
Ужин прошел замечательно. Они выпивали, ели, Михаил шутил, рассказывал анекдоты. Знал он их великое множество. Вика хохотала до изнеможения. Никогда прежде ей не доводилось бывать в компании со столь интересным человеком. С таким в гости ходить опасно: мигом перетянет внимание на себя, очарует всех — в первую очередь женщин. Отбивай потом! «Это с чего вдруг я считаю его своим? — спохватилась Вика. — Мы всего лишь знакомы». Но второе «я» не согласилось и стало рисовать картины одна прелестнее другой. «Уймись! — попыталась урезонить его Вика. — Так нельзя». «Дура! — ответило подсознание. — Не упускай шанс! Видишь, как смотрит на тебя? Однозначно запал. Хватай и тащи его в постель! Тем более, что теперь можно — исцелили. Не то будешь локти кусать!»