— Вы передали эти данные своему командованию?

— Нет.

— Как происходит передача информации, которую вы добыли во время полета?

— Обычно, после завершения полета, на аэродроме нас ожидает курьер-мотоциклист, который передает кассету с отснятой пленкой в передвижную фотолабораторию, где ее проявляют и дешифруют. Экипаж в это время пишет подробные рапорты, затем данные передают в штаб, где ими и распоряжаются по усмотрению командования.

— Такая процедура, предполагает определенную задержку по времени.

— Я позволю себе немного отвлечься. Вы позволите? Совсем немного! — только после одобряющего кивка Юрченко, он продолжил. — Основу стратегии блицкрига составляют удары мощных танковых и механизированных соединений. Они должны быстро продвигаться вперед и, конечно, очень нуждаются в самых свежих разведывательных данных. Даже при всем немецком порядке, путь заявки на проведение авиаразведки через штаб Колюфт до конкретной эскадрильи, а затем и обратное прохождение полученных данных занимают некоторое время, которое, как у вас говорят, на вес золота. Поэтому, учтя опыт последней военной компании, в вермахте стали практиковать, подчинение отдельных эскадрилий ближней разведки непосредственно танковым группам. Эти эскадрильи получают приказы прямо из штаба танковой группы через специально прикомандированных офицеров люфтваффе и передают добытые данные танкистам также через них.

— Как вы поступаете, если необходимо срочно передать информацию?

— Мы работаем, так сказать в режиме «прямого репортажа, с места событий».

— Вы передаете информацию по радио, непосредственно наземным частям?

— Да. У танкового командира есть специальная радиостанция, по которой он может связаться с нами и получить самые свежие данные.

— Или наоборот, поручить вам выяснить что ему необходимо, так?

— Да.

— А если по каким либо причинам радиосвязи нет, как вы поступаете?

— Если невозможно передать информацию по радио, то текстовые сообщения сбрасываются прямо на передовые позиции своих наземных частей.

— Это все? Вы ничего не хотите дополнить?

— Нет, это все господин офицер.

Тут, вытащив фотоснимок, который я получил от Усова, спросил:

— Что вы можете сказать об этом? — Только взглянув на снимок, Краузе опустил голову, и как-то стал меньше. Было полное ощущение того, что кто-то открыл краник и выпустил из него весь воздух. Лицо стало белее полотна.

— Краузе, почему вы молчите? Что это такое, объясните!

— Все дело в том, что экипажам самолетов-разведчиков поручают не только вести наблюдение за противником, но и контролировать передвижение, переброску и маскировку своих войск, что упрощает управление ими. Нам было приказано проконтролировать сосредоточение наших танков на плацдарме и проверить маскировку с воздуха.