— Может, обойдемся без этого? — наморщил я лоб, надеясь, что Гриша отступится.
— Ты мне не доверяешь? — возмутился он. — Да я даже с пулей в голове умудрился выжить!
— Дело не в этом, — отмахнулся я. — Просто я в порядке и чувствую себя отлично.
— И хочешь сказать, что тебе совсем не больно? — хмыкнул Гриша с недоверием.
— Нет, — отрезал я. Если и щипало, то как будто в раны лимонную кислоту подлили, да и то несильно. Хватало в жизни и куда более жутких ощущений, так что с этим я справлюсь без проблем.
— Ладно, как хочешь, — Гриша пожал плечами и отвернулся к окну.
Мы спокойно доехали до имения графа. Распутины разбрелись по своим комнатам приводить себя в порядок — они сразу после войны приехали в комитет, и вид, конечно, имели соответствующий. Главное, что все живы. Мне тоже стоило помыться: выглядел я не лучше остальных, возможно даже хуже. Оказалось, что в имении и для меня нашелся костюм. Горничная принесла вещи, и я отправился в ванную.
— Что-нибудь еще понадобится, граф? — спросила она тонким голоском.
— Нет, спасибо, — я улыбнулся и направился в коридор.
Но едва я вышел, за спиной раздался оглушительный крик Гриши:
— Валите его на пол!
Родичи Распутина схватили меня за руки и повалили на пол.
— Ребята, я, конечно, знаю, что вы любите веселье, но неужели уже успели набухаться? Мы ведь только приехали, — с усилием повернул я голову, глядя через плечо.
— Лежи смирно, будем тебя лечить, — хмуро отозвался Гриша. В руках у него поблескивала маленькая склянка с красной жидкостью.
— Сука, повязали все-таки, — выругался я. — Ты в курсе, что лечить против воли нельзя? Я же сказал, что не нуждаюсь в этом!
— Добрыня, я все равно не успокоюсь, пока лично не удостоверюсь, что с тобой все в порядке, — завел свою волынку Гриша.
— И что будет, если я стану сопротивляться? Добавишь мне ран, чтобы потом их же лечить? — я не выдержал и заржал.
— Ну, в крайнем случае — да, — расплылся в хитрой улыбке Гриша.
— Знаешь, дружище, ты отвратительный лекарь, который собирается нарушить все клятвы сразу, — усмехнулся я.
— Да брось, — он протянул мне руку, показав остальным, что пора отпустить меня. — И вообще, мы оба знаем: если бы ты не захотел, ты бы нас тут в два счета разбросал.
Вот ведь и вправду цирк! Но ясно, что Гриша не отстал бы от меня ни при каких условиях, так что я решил побыстрее со всем этим разделаться.
Привёл себя в порядок, и меня уложили на кушетку. Гриша насчитал у меня несколько десятков ран и ссадин, но добавил, что мне попросту дико повезло — травмы оказались не такими уж и серьёзными. Еще бы! Видел бы он, какими они были до того, как я применил на них гравитацию. Он точно бы офигел и засыпал меня вдвое большим количеством вопросов.