— Он прав: я плохого не научу, — усмехнулся я, слегка толкнув Гришу в плечо. У него на голове уже начала подниматься шишка.
— Если бы мой отец знал про тебя всю правду, то шишка была бы у тебя, — заржал Гриша, и мы направились в столовую перекусить.
Спать я отправился довольно рано, неимоверная усталость давала о себе знать. Но перед сном всё же решил позвонить мелкой и обрадовать её хорошими новостями.
— Алло, Мария!
— Братик, привет. Что за официоз? Ты обычно так ко мне обращаешься, только когда чем-то недоволен, — в её голосе звучала явная претензия, ведь она всегда первой шла в атаку.
— Всё просто: у меня к тебе официальное предложение. Не желаешь ли, Мария, вступить в мой Род? Ведь ты, возможно, не в курсе, но теперь считаешься безродной — наши родители лишились своих привилегий, — объявил я торжественным голосом.
— Вот как? — усмехнулась сестра в трубку. — Значит, они все-таки продали свои права? Тем лучше для нас, брат… Смотрю, ты времени зря не терял и всё провернул вовремя. Ну что, название Рода уже придумал?
— Придумал. Сейчас сама увидишь, — ответил я с улыбкой и отправил ей документ в приложении.
На том конце послышалось стрекотание ногтей по экрану, а потом наступила тишина.
— Маша, ты вообще тут?
— Ваууу… офигеть!!! — вдруг завизжала она. — КАК???
Глава 18
Дело вовсе не в том, что у меня нет воображения, как шутливо заметил Гриша. Я просто не хотел, чтобы наш Род прервался. Поэтому вернул ему старую фамилию и вполне этим доволен. Главное теперь, чтобы Империя не пала, ведь война не утихает. Вчера, разговаривая с Распутиными, я узнал, что даже на границах уже неспокойно: беспорядки, начавшиеся в центре, дошли и туда.
Говорят, государь хочет все это прекратить. Но на практике задача выглядит сложной: масштабы слишком велики, и даже армии Императора может не хватить сил на такую операцию. К тому же, если убрать войска с границ ради подавления мятежных аристократов внутри страны, ничего хорошего не выйдет. Впрочем, предполагать можно что угодно. Пока же стоит сосредоточиться на том, что мы можем сделать сами и заняться ближайшими делами.
— Все собрались? — крикнул Семён, один из многочисленных дядь Гриши, высовываясь из верхнего люка джипа.
— Даааа… — послышался нестройный хор голосов.
— Отлично, — рявкнул Семён и хлопнул по кузову. — Пора ехать! Заводи, Пахом!
Заверещали моторы, и наш утренний кортеж выехал из имения к Императорскому дворцу на приём. Гриша сидел в машине и потягивал вино с самого утра, но, как лекарь, умел делать это так, чтобы не пьянеть. Отец посмотрел на него хмуро: