Я проснулся от легкого прикосновения к плечу. Дайко стоял рядом с чашкой дымящегося чая.
— Извини, господин, — смущенно улыбнулся он. — Ты так крепко спал, что я не решался тебя будить. Но скоро закрытие, и я подумал…
— Все в порядке, Дайко, — я потер глаза, чувствуя себя отдохнувшим, несмотря на неудобную позу. — Твоя еда — лучшее снотворное. В хорошем смысле, конечно.
— О, это высшая похвала для повара! — расцвел он. — Значит, твое тело и душа были полностью удовлетворены!
Я не стал уточнять, что последняя фраза прозвучала двусмысленно. Вместо этого я достал карту.
— Сколько я тебе должен за этот пир?
Дайко замахал руками так энергично, что я испугался, как бы он не взлетел.
— Нет-нет-нет! Для тебя — все бесплатно! Всегда! Ты мой благодетель, мой спаситель!
— Дайко, — я посмотрел на него серьезно, — бизнес есть бизнес. Я хочу заплатить.
Мы препирались еще минут пять, пока не сошлись на символической сумме, которая была в десять раз меньше реальной стоимости всего, что я съел. Но я знал, что в следующий раз просто оставлю щедрые чаевые, когда он не будет видеть.
И вот насытившись, немного вздремнув, я все же отправился домой. Выйдя из ресторана, я глубоко вдохнул ночной воздух. Город жил своей жизнью — сверкал огнями, гудел транспортом, шумел голосами припозднившихся прохожих. Такси уже ждало меня — черный обтекаемый автомобиль с затемненными стеклами. Дверь услужливо открылась, стоило мне приблизиться.
— Куда едем, граф? — спросил безэмоциональный голос.
— Домой, — ответил я, откидываясь на мягкое сиденье и назвал адрес.
Так-так, и что же меня там может ждать… Что за награда? Вот и узнаю… Понеслась!
Глава 30
Приехал я в имение на такси, когда уже стемнело. Водитель, мужик с усами как у моржа, всю дорогу трындел что-то там про свою семью и про то, что у него целых два бизнеса.
— Ничего себе хоромы! Это ваш дом? — спросил он меня, высаживая меня возле ворот.
Я лишь молча кивнул, расплатился с ним и сразу направился в командный пункт охраны в западном крыле, по пути чуть не убившись о какую-то коробку в коридоре во дворе.
Надо будет сказать слугам потом, что если меня убьет не враг, а какое-то барахло в темноте, это будет самая нелепая смерть аристократа в истории.
Дмитриевич же, начальник безопасности, встал из-за стола, когда я вошёл. Он был в своей обычной черной форме.
— Рад видеть вас живым, господин, — сказал он тоном человека, привыкшего отдавать приказы об убийствах. — Мы уже начали делать ставки, вернетесь вы в вертикальном положении или горизонтальном.
— И кто поставил на «вертикальное»? — усмехнулся я.