Чипсина посмотрел на неё снизу вверх таким взглядом, словно она несла полную чепуху.
— Не нравится такой вариант? — Виктория скрестила руки на груди. — Тогда собирайся, пойдёшь с нами в бой. Если только броня на твоё сало налезет и шлем на жирную морду застегнётся. Добрыня их вроде энергией подпитывал.
— Гав-гав! — пёс радостно залаял, завиляв хвостом.
Всю дорогу до комнаты он прыгал от счастья, как мячик… Жирный мячик… В комнате маркиза переоделась в чёрный спортивный костюм, надела кроссовки и повесила шпагу на пояс. Наручи и прочую бронированную защиту надевать не стала — какой смысл? Её главное оружие — скорость. Взяла только ожерелье с защитными камнями-артефактами — подарок Добрыни. Затем, давясь от смеха, затягивала с трудом на песеле броню.
— Тебе точно протрястись надо, — закатила она глаза.
Наконец приготовления закончились, и они вышли во двор. Там маркиза заметила красную курицу с выводком подросших цыплят.
— Ты остаёшься за старшую, — подмигнула ей Виктория.
— Ко-ко-ко, — курица прокудахтала, словно приняла командование.
Стоявший рядом гвардеец странно посмотрел на госпожу и не выдержал:
— Госпожа, серьёзно? Я думал, за старшего оставят солдата, а не курицу.
— Лимон, — обратилась маркиза к нему по прозвищу, полученному за кислую улыбку, от которой казалось, будто он жуёт лимон, — ты что, шуток не понимаешь? Оставьте пару бойцов и пишите, если что. А мы выступаем, — решительно бросила она и направилась к войску под командованием Дмитриевича, готовая надрать задницы всем, кто встанет на пути.
Временем позже
— Это Батя, приём, — прошипел Дмитриевич в рацию из укрытия. — Вы на позициях?
— Это Сокол, приём, Батя. Мы на местах, — отозвался голос гвардейца.
— Что с осколочными и шаровыми минами?
— Всё установлено и замаскировано. Госпожа в курсе.
— Хорошо, — про себя же он подумал, что госпожа неадекватная, и переключился на другую волну. — Это Батя, приём. Взрывные стрелы все при себе? С кислотными порядок?
— Приём, Батя, это Медведь. Так точно!
— Тогда начинаем! Выпускайте газовые бомбы!
Бесшумные квадрокоптеры полетели к месту, откуда доносились автоматные очереди. Битва между врагами и русскими аристо уже кипела вовсю. Дроны не стали подлетать слишком близко к своим, а незаметно проскользнули к вражескому тылу и активировали газовые бомбы.
Эффект наступил мгновенно — усыпляющее облако поднялось от земли, и задние ряды противника начали валиться как подкошенные, роняя оружие. Люди Дмитриевича, не теряя времени, выхватили клинки и ринулись в атаку.
Эстонцы с австрийцами заметили неладное, только когда их товарищей уже начали шинковать артефактными клинками и секирами.