«Не может быть!» — смерила она неверящим взглядом распластанное посреди паланкина тело.

Её наречённый муж безвольно лежал среди нагромождения подушек и, кажется, не подавал никаких признаков жизни.

Неужели, не выдержав горя потери, даже такой могучий воин, прошедший не одну тысячу схваток, не сумел совладать с разбитым сердцем?

Эта мысль попросту не укладывалась у неё в голове, однако открывшаяся глазам картина не могла трактоваться никак иначе.

В одночасье в груди Чень Сифень разгорелось обжигающее, радостное пламя — настолько сильное, что она едва не взвизгнула от счастья.

Кто бы мог подумать, что именно ей, простой наставнице, а не кому-то вроде Хозяйки Изумрудного дворца, посчастливится первой увидеть бездыханное тело ненавистного врага.

Чтобы окончательно убедиться в свалившейся ей на голову удаче, Чень Сифень даже сделала пару робких шагов и аккуратно коснулась пальцами могучей, увитой венами шеи.

— Хр-р… — от этого лёгкого касания тело предполагаемого покойника вдруг издало звук, очень сильно похожий на храп какого-то пьяного деревенщины, и стремительно перевернулось на бок.

Причём сделало это настолько проворно, что рука Чень Сифень каким-то образом оказалась зажата между толстой шеей Небесного демона и его не менее могучим плечом.

Однако на этом неприятности бывшей наставницы не закончились. Не успела она опомниться, как свободная рука Небесного демона обвила её за талию и притянула девушку к себе.

— Мамочки… — только и смогла пискнуть перепуганная Чень Сифень, как тут же оказалась в крепких объятиях.

* * *

— Чего так долго?

— Не нравится — в следующий раз сам этим занимайся. И вообще, почему именно я должен ползать по кустам и высматривать этих оболтусов?

— Ну ты же у нас разбойник — вот и соответствуй.

— Бывший разбойник!

— Братья, разве пристало нам так грубо пререкаться…

— А ты вообще молчи! — Первый и Седьмой столпы великой секты Мудан, не сговариваясь, уставились в сторону Второго. — Именно твой ученик заварил всю эту кашу.

Ещё пару недель назад никто из них и в самых смелых фантазиях не мог вообразить, что уже совсем скоро им, троим величайшим воинам секты Мудан, придётся примерить на себя роль то ли лазутчиков, то ли нянек на выезде.

Лучший воин Снежной горы Би Хан, Слепой мечник Шень и, наконец, легендарный разбойник Ракша — все они вот уже несколько дней следовали по пятам за караваном Небесного клана. Причём делали это с весьма благородной миссией, а именно — с целью возвращения в лоно секты двух её драгоценных учеников. Один из которых являлся засланным в стан врага шпионом, а второй — самовольно покинувшим секту беглецом. Притом беглецом не простым, а крайне примечательным — связанным узами крови с самим Первым старейшиной.