Давить он мог, мощь имелась даже сейчас, на остатках. Только лёд ушёл бы вместе со стенкой меридиана, и Шань Яо получила бы чистый канал в разорванном теле.

— Значит, дело вовсе в другом, — произнёс он вслух, отводя нить обратно.

«Мальчишка, ты заметил⁈ У неё же чистейшее тело Ледяного Лотоса! Её Инь убивает её, потому что ей не хватает чистого пламени Ян! Твое тело перековано демонической кровью. Если ты сейчас же не сольешь свою ци с её, она умрет! А если сольешь… О-о-о, Небеса, это прорыв для обоих! Спасай девку, паршивец, это приказ твоего мастера! Неужели это случится… ТЫ НАКОНЕЦ СТАНЕШЬ МУЖ…»

«Заткнись, дед, и посиди в темноте, пока я работаю», — мысленно обрезал Мин. Он сомкнул вокруг Чернильницы плотный кокон собственной ци, отрезая духу глаза и уши, и возмущённое бормотание на дне сознания захлебнулось на первом слоге.

Тем не менее старик был прав. Расчёт складывался сам собой, лекции были ни к чему. Его тело, перекованное демоническими варками и выдержавшее тридцать открытых путей, могло принять чужую стужу и провести её сквозь собственный жар. Простого соприкосновения для такого обмена не хватило бы, и об этом тоже пришлось подумать честно.

Духовное чутьё, тем временем, рисовало картину всё хуже. Светящиеся узоры обморожения на её шее слились в сплошную корку, и две главные ветви у сердца начинали меркнуть под их напором. Время, которое ещё оставалось у Шань Яо, измерялось уже не часами.

Внезапно девушка пришла в себя. Веки поднялись на щёлку, глаза нашли его лицо над собой, потом медленно обвели костёр, стены, собственное запястье в его пальцах. Мин смотрел, как за стеклянной бледностью её взгляда один за другим встают выводы, и когда девушка наконец заговорила, понимание в этих глазах уже догнало его собственное.

— Насколько всё плохо? — голос вышел сиплым, совсем не похожим на ее привычный ледяной тон.

— Плохо, — честно ответил Мин. — Лёд встал пробкой по всем руслам и подбирается к сердцу. Внешнее тепло его не берёт, моя нить проходит два участка и упирается в стену. Давить сильнее я способен, только тогда пострадает твое тело. А целые каналы мертвецу ни к чему.

— Ты, видимо, не умеешь успокаивать больных, — она попыталась усмехнуться, и вышло у неё на удивление похоже.

— Матушка говорила мне то же самое, — признался он. — Так что сегодня я даже не пытался.

— Говори, что дальше.

— Дальше есть один способ, — Мин посмотрел ей в глаза, потому что врать в таких делах он считал дурной приметой. — Мои тридцать каналов открыты и способны принять твой избыток Инь на себя. Я пропущу его через своё тело, уравновешу собственной Ян и верну тебе уже мирным. Только через ладонь такой поток не провести. Цикл должен идти через оба тела непрерывно, кожа к коже, и рвать этот круг снаружи нельзя, иначе лёд ударит обратно вдвое сильнее.