Дом встретил Мина запахом чеснока, жареного мяса и горячего бульона. Оставшийся день пролетел в совершенно забытых, приземлённых хлопотах. Юноша опустошил три глубокие миски острой лапши, впервые за долгие месяцы наслаждаясь вкусом нормальной еды, не приправленной целебными травами для лечения или расширения каналов. Он влез на крышу пристройки, исправляя криво уложенную наёмниками черепицу, затем взял два обыкновенных деревянных ведра и пошёл к дальнему колодцу. Деревянные бадьи оттягивали руки приятной тяжестью. Мин физически наслаждался этой простой работой, позволяя своим бушующим меридианам наконец-то отдохнуть от постоянной перегонки боевой ци.

Ближе к вечеру начертатель провалился в глубокий сон без сновидений, раскинувшись на жесткой постели, и проспал до самого утра, забыв о погонях, талисманах и необходимости спать вполглаза.

На следующий день Юйлань поставила перед ним пиалу со свежезаваренным чаем. Дымный аромат окутал небольшую кухню.

— Рыночные болтуны приносят на хвостах разные слухи, — нарушила тишину мать. Она присела напротив, скрестив руки на столе. — Говорят о юноше, Начертателе, который пробил себе путь сквозь формации великой секты, усмирил старейшину переступившего черту и перевернул половину Долины вверх дном.

Она тяжело вздохнула.

— Совсем себя не бережёшь, Мин. Бросаешься в самое пекло, собирая шрамы, словно боевые трофеи.

Пальцы Юйлань привычным целительским жестом легли на его запястье, чтобы проверить пульс. Мин спокойно позволил ей это сделать. Внезапно рука матери замерла. Женщина чуть прищурилась, и её подушечки пальцев с точностью проскользили выше, сместившись к ключевым энергетическим развязкам на руке юноши.

— Тяжелое обморожение на связках предплечья, — будничным тоном, без капли удивления констатировала травница. — Ледяная ци вошла глубоко, но встретила мощный отпор огня. Два последних пробитых русла у сердца… двадцать девятый и тридцатый каналы. Ты форсировал прорыв, это не очень хорошо. Ткани вокруг них до сих пор помнят избыточное напряжение.

Она убрала руку и посмотрела на сына.

— Ты достиг Формирования Потока. И оставил контур незамкнутым. Вырастил из меридианов ветвящееся древо вместо стабильного кольца, — Юйлань покачала головой. — Чудовищно опасно. Малейший сбой в контроле, и избыток ци разорвёт тебя на куски. Но для будущего расширения базы… очень мудрый и дальновидный шаг. Ты должен был получить достаточную силу для борьбы за свою жизнь, раз уж вступление в мир высших практиков стало неизбежным.

Легкая улыбка медленно сползла с губ Мина. Он отставил пиалу с чаем, внимательно разглядывая женщину, которая всю его жизнь лечила крестьян от лихорадки и смешивала коренья от ломоты в суставах.