Всем сердцем, душой и чином полковник в этом вопросе был на стороне Александровского. Ханна была ценна, пока сообщала ценные сведения. Но сколько их может знать простая наёмница? По большей части, она подтверждала то, что уже разведали дознаватели и интенданты Конторы. Да, сообщила несколько новых положений, которые уже после принялись разрабатывать государевы люди. Но на этом всё. Сообщила всё, что знала? Свободна. Грехов перед Российской Короной имеет? Нет? Тогда тем более свободна.
Но вот логически офицер замялся. Он прекрасно осведомлён, как Мастеров печётся о благополучии вверенного ему личного состава. В этом наёмник превосходит многих кадровых служащих армии. Без должного снаряжения и подготовки не хотел брать в рейд даже церковницу-капеллана. И то, поднатужившись, в последний момент изыскал для неё всё необходимое, включая защиту и вооружение. Какими глазами наймит посмотрит на руководителя Тайной Канцелярии, если тот в последний момент перед убытием сбагрит воину ещё одну девицу, за которой кроме нательной рубахи ничего нет? В такой ситуации и Ростислав Поликарпович засквернословил бы.
Глава 7 Развод (на плацу, а не на деньги)
Во время оного случилось одномоментно следующее.
Офицер, отслеживающий секунды до часа Ч по карманному хронометру, убрал прибор в карман шинели и размашисто махнул своему коллеге, по всей видимости, исполнившему роль дирижёра.
Оный дирижёр, вняв сигналу соратника, не менее размашисто махнул двумя руками, исполнил несколько предварительных пасов, дав оркестрантам время изготовиться, и принялся отмахивать руками четверти, задавая размер и ритм инструментам.
Оркестранты, в свою очередь, получив команду, синхронно, будто бы в записи «фанеры», с ходу завели довольно бодрый, ритмичный и очень живой запил, мне незнакомый, но изобилующий мажорными акцентами и партиями. Марш — не марш, но весьма и весьма торжественное сочинение.
С разницей буквально в несколько секунд дёрнулся весь строй, без команды своих ротных офицеров подобравшись и вытянувшись по струнке.
А ещё секунд несколько спустя, когда оркестр раздухарился и начал набирать громкость, на свободной части плаца, видимо, избранной заранее, пространство подёрнулось знакомой рябью. Миг — и там, где только что был голый бетон, из ниоткуда прорезалась прореха перехода. Некто пробросил Путь и отворил врата.
— Ко встрече справа — РОВНЯЙСЬ!!!
Непривычная моему слуху комбинация команд. У нас иначе строят и управляют разводом. Ну, там, хотя бы, подают предварительные команды по типу «Становись». Тут же сразу исполнительную подали.