Единственная прореха в частоколе — широкий проезд для гужевого транспорта и техники — наглухо перегорожен менее высокими, но оттого не менее надёжными «ежами». Между последними от души намотали цепи и колючую проволоку по типу «егозы», что делало скоротечное проникновение на охраняемый объект не таким уж и простым занятием.

Из-за частокола, по направлению от своей дежурной «сторожки», обходя заграждения, в сторону нашей остановившейся самоходки вышел служивый при лёгкой шинели: несмотря на приблизительно одну широту с Москвой, климат в Первоуральске отдавал промозглой мокрой слякотью.

Служивый покрыл разделяющее нас со своей прежней позицией расстояние и подошёл к технике со стороны места шофёра.

— Околоточный будочник местного Управления Императорской Канцелярии, — назвался он непривычной для моего слуха и сознания должностью. — Дозвольте-с справиться о ваших коносаментах?

— Нету коносаментов, — с переднего пассажирского дивана отозвалась ему через меня, сидящего за рулём, разноглазка, и протянула ему наши удостоверения личности. — Действительный тайный советник первого класса Бериславская. Вас должны были оповестить о нашем визите.

Околоточный принял бумаги и с явным знанием дела изучил их вплоть до последней капли чернил на печатях.

Ожидаемо. А как иначе? Фотографии в этом мире к документам пока не прикрепляют. Каким образом ему ещё удостовериться в подлинности бумаг? Только зная, как они оформляются. Ну, или, на худой конец, банальный пароль-отзыв, которые меняются каждые определённые отрезки времени…

Через минуту будочник вернул нам удостоверения.

— Соблаговолите-с вашу самоходку к досмотру, госпожа Бериславская, — всё ещё с вежливостью, но с нескрываемым повелением в голосе, попросил он.

— Прошу.

Я остался за рулём, в то время как правнучка Великого Архимага Путей встала со своего места, прошла до передней двери салона и отворила её. Служивый, пока девушка проворачивала действа, обошёл технику и поднялся к нам на борт, внимательным и цепким взором окинув содержимое транспорта вместе с его пассажирами.

Оный взор зацепился за просто невменяемый объём тюков, рюкзаков и сумок в задней части кузова.

— Говорите, коносаментов нету, госпожа советник? — переспросил околоточный. — А что за вантаж транспортируете?

— Собственный инструментарий Тайной Канцелярии, — не моргнув глазом, отозвалась девушка. — Согласно действующему табелю о вантажных перемещениях, декларироваться отдельными коносаментами не обязаны.

А мощно она задвинула. «Собственный инструментарий канцелярии»… Да тут всё в самоходке, не считая действующих сотрудников Конторы — моё, кровно заработанное. Но, если посмотреть на картину под углом наёмника, то меня призвали и наняли как исполнителя при своём оснащении. С таким расчётом и впрямь с натяжкой можно сказать, будто бы я вместе со скарбом на некоторых условиях Конторе принадлежу. Хотя, тут ещё бабка надвое сказала…